– И не думал даже. Не могу решить, кем бы мне больше хотелось стать: лимонным шариком или кувшином.

Хармони задрала нос и отвернулась:

– Ничего не желаю слушать. Ты хотел поставить меня в дурацкое положение на глазах у всего города.

Он нежно погладил ее по голове:

– Хоть ты и пытаешься с этим бороться, но в глубине души ты все еще ребенок… Мы постараемся докопаться до маленькой Хармони и выпустим ее поиграть, как бы хитро она ни спряталась.

Нежданные слезы застлали ей глаза:

– Тор, перестань, прошу тебя! Ты же знаешь, у меня нет на это времени. Я не могу играть. Не могу плакать. Мне надо поймать Торнбулла.

– Bсe ты можешь и сама знаешь это. – Он погладил ее щеку и отвернулся, следя за улицей.

Лошадь шла прогулочным шагом.

– Разве ты не понимаешь? Я боюсь. Не хочу, чтобы меня ранили. Больше никогда!

Он бросил на нее странный взгляд.

– Я тоже боюсь и тоже не хочу, чтобы меня ранили.

– Ты в безопасности, Тор. Тебя защитят деньги и семья. А у меня ничего нет.

– У тебя есть девочки. И ты сама.

– Но я же могу погибнуть!

– Я тоже.

– Почему? – хмуро спросила она.

– Ты можешь убить меня.

Хармони отвернулась и попыталась успокоиться. Зачем он говорит про себя такие вещи? Это неправда. Кто она ему? Просто он пытается покорить ее, а она не может себе этого позволить. Пока не поздно, пока она еще владеет собой, нужно уехать от него подальше. Еще немного, и он разобьет ей сердце. И как же ей тогда жить?

– Хармони, посмотри на меня…

Рука Тора вновь потянулась к ее лицу. Но девушка не обернулась, только крепче вцепилась в кувшин с лимонными леденцами.

– Тор, пожалуйста. Я не могу больше… – Голос ее был хриплым от слез.

Он снова погладил ее по щеке и уронил руку.

– Наверно, мы с Дейдрой чересчур напористы. Нас избаловали. Мы привыкли добиваться своего. Родители будут раскаиваться в том, что слишком любили нас.

– Нет. Нельзя любить слишком сильно, – с трудом произнесла Хармони и тут же спохватилась.

Что она говорит? Это чушь, это неправда, так не бывает!

– Я имею в виду любовь к детям.

– Я знаю, что ты имеешь в виду…

Девушка посмотрела на него с ужасом. Но на лице Тора не было триумфа. Наоборот, глаза его горели каким-то неземным светом доброты, понимания и смирения. Не в силах вынести этот взгляд, она отвернулась и, ничего не видя перед собой, уставилась на дома, мимо которых они проезжали. Хармони откашлялась. Надо было что-то ответить, но слова не шли на ум. Тело рвалось к нему каждой клеточкой. Эти слова пронзили ее до глубины души, так глубоко, что теперь у нее не хватит сил расстаться с ним.

Сознание этого должно было бы до смерти напугать ее. Но этого не произошло. Вместо страха она, как и Тор, ощутила чувство облегчения, смирения, даже счастья… А затем она заметила приближающееся здание приюта и застегнула душу на все пуговицы. Что с ней случилось? Где ее голова? Неужели ее заставила расчувствоваться какая-то банка с лимонными леденцами? Для него это мелочь ничего особенного. Да и для нее тоже.

Хармони гордо выпрямилась и подождала, пока экипаж не остановится перед домом. Ничего не изменилось, абсолютно ничего. Она настоит на своем, и будь что будет!

Тор обернулся к ней и сдвинул шляпу на затылок.

– Мы найдем Торнбулла. А с остальным… Не будем торопиться.

Девушка глубоко вздохнула и посмотрела на него:

– Спасибо, что свозил меня в город и помог узнать все, что мне было нужно. И спасибо за леденцы. – Хармони улыбнулась, заставив себя продолжить игру. – Но храниться они будут в моей комнате!

Он через силу подыграл ей.

– Ладно. Когда мне очень захочется сладкого, я буду знать, где его искать.

Хармони запнулась, заподозрив в этих словах намек на нечто большее, но затем пожала плечами. Какая теперь разница? Она поднялась с сиденья, Тор обошел «суррей» и помог ей сойти. Его руки держали талию девушки чуть крепче и чуть дольше, чем обычно, и Хармони не противилась этому. В конце концов, терпеть осталось недолго.

Он снял сверток и вместе с Хармони пошел к двери. Откуда-то появился Хуан, взял лошадь под уздцы и повел на задний двор.

Хармони поглядела вслед, радуясь, что ее собственная лошадь стоит на приютской конюшне. Девочки пока обойдутся, а вот ей лошадь может понадобиться каждую минуту.

Как только она поднялась в вестибюль, дверь распахнулась настежь и к ним навстречу бросились шесть смеющихся, галдящих девочек. Прижав к боку кувшин с леденцами и крепко придерживая его, Хармони принялась раздавать поцелуи и улыбки, обнимая девочек одной рукой. Когда все наконец успокоились, девочки обратили внимание на огромный стеклянный кувшин и стали спрашивать, кому купили такую гору леденцов.