— А почему же он такой разъяренный?

— Ну как же!… Обидно, что чехи захватили какую-то больницу, а не его продсклад. Тогда можно было столько продуктов списать на боевиков, которые подчистую вывезли в свою голодную Чечню все продовольствие, включая армейский комбижир «Прима» и крупу-сечку.

Мы еще некоторое время смеемся, искренне жалея чеченцев, которые попытаются съесть наши военные «деликатесы». Затем Олег Кириченко спрашивает меня:

— А раньше до Буденновска ты с шамилем Басайкиным не сталкивался? Ну, там в Грозном или еще где?

Я немного помолчал, вспомнил старое и как-то нехотя проворчал:

— Да нет. В этом году в Чечне я с ним не встречался. Кажись, в 93-ем году мы находились рядом.

— А что же было тогда? — пытается вспомнить Руслан — Ну, в Москве парламент из танков расстреляли, может там?

— Да нет. В декабре 1993 года в Ростове-на-Дону трое или четверо, уже не помню точно даже, террористов захватили заложниками целый школьный класс вместе с учительницей. Посадили их в автобус и повезли на аэродром в Военвед. Там они потребовали предоставить им вертолет МИ-8 для того, чтобы они потом могли улететь в безопасное место. А за освобождение ростовских детей эти бандюки запросили аж 10 миллионов долларов, как положено мелкими купюрами. Поговаривали, что они не случайно выбрали тот класс… Там училсЯ то ли сын, то ли дочка какого-то начальника из ростовской администрации…

— Ну там, наверное, такой ажиотаж поднялся? — спрашивает Олег.

— Не то слово! Все папаши и мамаши орут и плачут. менты с гэбэшниками бегают, туда-сюда со своими радиостанциями, а сделать-то ни хрена не могут. У террористов автоматы Калашникова, гранаты и даже взрывчатка подготовлена, чтобы подорвать вертушку вместе со всеми пассажирами, если ее будут штурмовать. Периодически кто-то из бандитов высовывался наружу и выпускал короткую очередь, чтобы не забывали о том, кто хозяин положения. Им уже дали вертолет МИ-8, куда они сразу же переместились. Этот борт переехал на открытую площадку с тем рассчетом, чтобы поблизости не было ни самолетов, ни машин, ни других укрытий, из-за которых может внезапно выскочить штурмовая группа.

— А их что, действительно собирались атаковать? И кто же?

— В нашей бригаде в первый же день была сформирована офицерская группа, куда вошло свыше двадцати лейтенантов тире капитанов и всего четыре солдатика. Вооружившись автоматами, снайперками, гранатами и двумя пуле — метами Калашникова, один из которых был у меня, Одели броники, сели в «Уралы» и поехали освобождать ростовских мальчиков и девчонок…

— А как же учителка? — уточняет Олег.

— Ну и ее тоже. Правда мы не знали сколько ей лет и как она внешне выглядит. Нам сказали, что террористы захватили двадцать три или двадцать четыре школьника и требуют выкуп. Приехали мы на батайский военный аэродром, где уже были подготовлены две «восьмерки» и две «двадцатьчетверки». Мы забазировались в классе летной подготовки и стали ждать в пятиминутной готовности. Когда же нам дадут три зеленых свистка и прокричат команду "Фас… ", — я медленно встал и сладко потянулся.

— И вы бы тогда порвали террористов на британский флаг?

Я свысока посмотрел на любопытного юношу-офицера и так важно промолвил:

— А то как же. Мы там проторчали три или четыре дня. Сухпай взяли всего на сутки, кормили нас плохо. И мы были голодные и злые. Приказа штурмовать вертушку с детьми и бандитами не поступало и все ждали когда в Москве соберут десять лимонов зелени. Наконец-то нашли богатых банкиров и, кажется, «Инкомбанк» выделил денежки. А к этому времени бандюки уже отпустили несколько детишек, в МИ-8 сел экипаж и они все улетели в аэропорт КавМинвод. Пока не было денег, террористы сильно нервничали и угрожали взорвать то химзавод в Невинномысске, то Минераловодский аэропорт. Мол, у них везде есть сообщники, которые только и ждут как бы чего-нибудь подорвать. Хотя по данным нашей разведки выяснилось, что на территории Чечни их действительно ждали подельники. Вот тут-то мы и поняли, зачем нас вооружили и заставили проторчать на зимнем аэродроме. Планировалось отдать деньги в обмен на детей, после чего чеченцы вместе с баксами на российском вертолете улетают на все четыре стороны. Их борт сразу же засекают наши радиолокационные станции и им вдогонку отправляют наши «восьмерки» и «двадцатьчетверки». Мы нагоняем врагов и далее следуем сверху сзади, чтобы нас не обнаружили. Когда захваченный вертолет высаживает террористов в указанной ими точке приземления и улетает домой, тут же подлетают наши борта, высаживают офицерскую группу двадцать второй бригады, которая начинает преследовать и уничтожать коварных террористов. Потом мы собираем мешки с долларами и победителями возвращаемся в Ростов-Дон. Там мы по описи сдаем деньги кассирам и едем по домам.

— Да-а интересное было задание! Я бы тоже с вами слетал, — задумчиво говорит лейтенант.

Да ничего хорошего из этого не вышло. Задумали хорошо, а получилось, как обычно, через одно место. В Минводах ближе к вечеру бандитам привезли деньги и они отпустили школьников и учительницу. Когда их вертушка взлетела, то в открытую дверь один из них выбросил распечатанную пачку долларов, которые как дождь посыпались на стоявших внизу людей. Вот тут-то и началось… Местные жители гонялись за этими бумажками, как сумасшедшие…

— А что же им еще делать, если с неба халявные денежки сами к ним летят…. — засмеялись они вдвоем.

— То ли террористы расщедрились, то ли сделали так, чтобы их потом по номерам банкнот не вычислили, но факт есть факт. А нам в батайске уже передали по радио, что вертушка с бандитами уже вылетела из Минвод и нам нужно быть наготове. Но через несколько минут с экранов радиолокаторов внезапно исчезла отметка обозначающая МИ-8 с бандюками и целых два часа никто не знал куда же они полетели. Наше начальство уже знало, что среди террористов есть один бывший летчик или штурман, который умеет читать летную карту и ориентироваться по ней на местности. А он, видно, еще знал тактику действий подразделения противовоздушной обороны, которые могут засечь и отслеживать полет воздушных целей. Скорее всего, следуя его указаниям, «восьмерка» снизилась на предельно малую высоту и, используя рельефные складки местности, пошла по нужному чехам маршруту…

— И что же потом было?

— Вот просидели мы в боевой готовности целых два часа вообще без какой-либо информации об улетевшем вертолете… Никто из начальства абсолютно ничего не знает… А потом, как-то сразу и вдруг на всех телеканалах стали появляться сообщения о том, что МИ-восьмой пролетел от КавМинВод до дагестанского города Хасавюрт и высадил бандитов вместе с деньгами на пустыре на окраине города, после чего улетел на близлежащий военный аэродром. Естесственно, наша доблестная милиция сразу же перекрыла все пути-выходы и стала проводить облаву на чеченцев, но более всего на американские дензнаки. И это в двенадцатом часу ночи…. а утром уже показали задержанных негодяев-преступников и даже два-три миллиона долларов. Куда делись остальные деньги никто не знал.