Мать сидела неподвижно, молча слушая.

–  Это был большой длинный автобус с пробойником внутри. Сандор провел его через горы. Быстро. Не понимаю, как мы не разбились. Потом остановились в ремонтной мастерской, он кое-кому позвонил, и через сто миль нас встретили двое его друзей… думаю, он с ними познакомился в тюрьме…

–  Когда это случилось?

–  В среду. А сегодня пятница… Дружки помогли Сандору вытащить пробойник из автобуса. Они дали нам новый грузовик, а за это взяли конденсаторы и остальное оборудование. Потом мы проехали еще мили две-три, и тогда Сандор угнал второй грузовик. Потому что не доверял своим дружкам. А вдруг они решат прихватить и пробойник?
– Она вытерла слезы с щек.
– Затем мы преодолели больше тысячи миль, но все время петляли. К тому времени мы уже решили, что станем делать дальше, и он украл фургон, прежде чем отправиться сюда.

Мать внимательно слушала, сжимая колено дочери. Потом очень тихо спросила:

–  Это один из краденых пробойников? Из того конвоя?

–  Маркировка совпадает, - кивнула Кала.

–  А вы не думали о том, чтобы вернуть его законным владельцам?

–  Да, мы это обсуждали.

Но тут мать поняла то, что постепенно стало очевидным и для Калы:

–  Что бы вы ни рассказали владельцам, они решат, будто твой брат имеет отношение к ограблению и убийствам. И кому от этого станет лучше?

–  Никому.

Тут мать сжала руки Калы и решительно произнесла:

–  Господь дал тебе дар, милая.

Кала не думала об этом в таких терминах. Но слова матери согрели ее.

–  Великий, редкий и чудесный дар. И знаешь, если кто воистину заслуживает владения новым миром, то это…

–  Мой брат?

–  Нет, - с искренним удивлением воскликнула мать. Распахнулась дверь, вошел Сандор, и она радостно проговорила: - Это ты, радость моя. Ты заслуживаешь лучшего мира. Конечно, конечно, конечно!..

С этого момента начались отчаянные дни. «Дети вечности» могли узнать их имена от старого рейнджера или по номеру брошеной машины Калы. А те, кто убил три десятка человек, чтобы украсть пробойник, несомненно, пойдут на что угодно, лишь бы вернуть свое и отомстить. Понятно, лучшим выходом будет исчезнуть снова, прихватив на этот раз и мать. От старой привычной жизни следует отказаться, но даже во время бегства им необходимо выкраивать время и силы для составления планов на будущее.

Сандор знал лучшие места, где найти оборудование, продукты и другие важнейшие припасы. А Кала знала, где найти людей - правильных людей, - которые сделают эту затею оправданной. Мать же постоянно выступала в роли миротворца, гася бури, когда ее упрямые дети начинали спорить из-за мелочей.

Как-то внезапно наступила зима - худшее время для переселения в другой мир. Но она же подарила им несколько месяцев, чтобы подготовиться идеально. Или почти идеально.

Много лет назад владелец ремонтной мастерской, когда-то починивший их машину, удалился на покой, а следующий хозяин и вовсе закрыл этот бизнес. Все оборудование бывшей мастерской выкупили у банка почти за бесценок и заново подключили к электросети. Друзья Калы помогли перестроить здание. В бывшей дамской комнате сложили запас лекарств. Гараж набили консервированными и сушеными продуктами, там же поместились огромная цистерна с водой и остальные важнейшие припасы, включая полностью заряженный пробойник класса «В», которому надлежало перебросить маленькое здание в новый мир.

В один из холодных унылых мартовских дней - за несколько недель до запланированного отбытия - на заправке возле мастерской появился незнакомец. Он остановился возле давно опустевших бензоколонок и несколько раз нажал на клаксон. Потом вылез из маленькой непрезентабельной машины и, не обращая внимания на таблички ЗАКРЫТО, прибитые к оконным ставням, пересек дворик и принялся колотить кулаком в дверь, а затем и в ворота гаража.

–  Эй! Есть тут кто-нибудь?
– крикнул он, прежде чем окончательно сдаться.

–  Откуда он?
– спросила Кала брата, когда мужчина вернулся к своей машине.
– Из «Детей вечности» или какой-нибудь полицейский в штатском?

–  А какая разница?
– отозвался Сандор. Кала сунула пистолет обратно в кобуру.

–  По-моему, время пришло, - сказала мать.

Весна еще не закончилась, и момент был далеко не идеальный. Но разве у них имелся выбор? Кала сняла трубку телефона, позвонила в ближайший городок и произнесла условную фразу. И в течение часа к ним приехали все. Те, кто оставался, быстро и со слезами на глазах прощались, осыпая благословенных пионеров поцелуями и словами любви. Но вскоре первопроходцы не выдержали такого накала страстей и смущенно попросили:

–  Хватит, хватит. Прощайте!

Кала прошла слишком долгий путь и заплатила слишком дорого, чтобы теперь не увидеть, как все произойдет. Она распахнула все ставни в самой большой комнате, впустив в нее тусклый серый рассвет, а затем уселась между двумя шестилетками. Один из мальчиков спросил:

–  Долго еще ждать?

–  Уже скоро, - пообещала она.
– Минута или две, не больше.

Сандор и несколько других мужчин, разбиравшихся в оборудовании, находились в гараже, наблюдая за тем, как пробойник входит в рабочий режим. В комнате вместе с Калой сидели несколько взрослых мужчин, десяток женщин и почти сорок детишек, самым старшим из которых был упрямый двенадцатилетний мальчик - единственный сын коллег Калы, решивших остаться.

Здесь же сидела и мать Калы, оказавшаяся далеко не старшей из женщин.

–  Мы не станем повторять ошибки остальных, - объяснила ей когда-то Кала.
– Мы возьмем с собой бабушек, дедушек и малышей, но совсем немного молодых людей. Мне не нужны безрассудный темперамент и тупость. Я хочу взять с собой мудрость и молодость.

–  А какие семена ты возьмешь?
– спросила мать.

–  Никаких.

–  Я тебя правильно поняла?..

–  Ни семян, ни животных. Даже ни одного черепашьего яйца. И еще до отправления я приму все меры, чтобы в доме не осталось ниединой живой мыши, мухи и блохи, а если под домом ползает хотя бы один земляной червь, то я сама его убью, когда он вылезет в новом мире.