Бьянка отвернулась, чувствуя, как сама начинает краснеть. Проклятые иностранцы, подумала она.

–  Наверное, мне лучше… - начала она.

–  Пожалуйста… - перебила ее Дин.

Две женщина некоторое время стояли молча. «Что привело меня сюда, - вдруг подумала Бьянка, - любопытство, христианское милосердие или это просто проявление одиночества и слабости?» Конечно, она должна была помешать Валадезу убить девушку, но, похоже, совершила ошибку.

–  Присядьте, - сказала Дин.
– Разрешите предложить вам что-нибудь. Чай? Кофе?

–  Я… хорошо, - согласилась Бьянка, присаживаясь на край одного из слишком мягких диванчиков.
– Кофе.

Кофе оказался очень черным и более сладким, чем любила Бьянка, кроме того, в него добавили сгущенного молока. Тем не менее она с радостью взяла чашку и сделала несколько глотков - наконец-то она смогла занять руки.

–  Вы не похожи на браконьера, - заметила Дин.

–  Я аэронавигационный инженер, - сказала Бьянка.
– Я на них работаю.
– Она посмотрела в свою чашку, сделала глоток и подняла взгляд: - А чем занимаетесь вы? Фрай сказал, что вы биолог. Что вы делали на воздушном шаре?

Дин поджала губы - Бьянка не знала, послужило ли имя Фрая тому причиной. Дин отвернулась и глянула в западное окно.

Бьянка последовала ее примеру и увидела охранника, который развалился на своей машине для ходьбы, наблюдая за женщиной одним глазом. И вновь у Бьянки появились сомнения в том, что здесь всем управляет Валадез. Да и незнание фириджа земных языков могло быть притворным - не говоря уже о том, что их разговор наверняка подслушивают.

Бьянка тряхнула головой и вопросительно посмотрела на Дин.

–  Финистерра падает, - наконец заговорила Дин.
– Возможно, умирает. Она слишком большая, ее подъемная сила убывает. Только за прошлый год она опустилась более чем на пятьдесят метров.

–  Но это не имеет смысла, - возразила Бьянка.
– Отношение подъемной силы к весу аэростата зависит от отношения объема к площади поверхности. Более крупный заратан должен иметь большую подъемную силу. И даже если его подъемная сила уменьшается, он упадет только после того, как достигнет нового равновесия.

–  Но Финистерра не машина, - заметила Дин.
– Она живое существо.

Бьянка пожала плечами.

–  Может быть, дело в возрасте, - предположила она.
– Все когда-нибудь умирают.

–  Но не так, - заявила Дин. Она поставила свою чашку.
– Послушайте. Мы не знаем, кто создал Небо или как давно это произошло, но его происхождение, несомненно, носит искусственный характер. Газовый гигант с азотно-кислородной атмосферой? Такого не бывает. И земная биология… Вам известно, что заратаны имеют структуру ДНК? Вероятность существования такого мира минимальна; если бы Служба феноменологии имела власть, она бы наложила карантин на систему в целом, на проклятое Небо и все на нем.

Экология архипелага носит такой же искусственный характер, как и все остальное. Тот, кто его сконструировал, вероятно, блестяще знал свое дело; люди едва ли справились бы с такой задачей. Система находится в состоянии надежного равновесия, существуют механизмы обратной связи, она способна себя корректировать. Но мы, обычные люди или столь же обычные инопланетяне, мы умудрились всё… - тут она как-то беспомощно взмахнула рукой, - …испоганить. Вам известно, почему Энкантадо остается здесь так долго? Идет процесс размножения… или правильнее сказать «опыления»…

Она оглядела Бьянку.

–  Смерть такого старого заратана, как Финистерра, должна быть сбалансирована рождением десятков, сотен других заратанов. Но вы и эти ублюдки, на которых вы работаете, убиваете их всех.

Бьянка пропустила мимо ушей обвинение в соучастии.

–  Хорошо. И каков же ваш план?
– спокойно спросила она.

–  Что?

–  Ваш план, - повторила Бьянка.
– Для Финистерры. Как вы намерены ее спасти?

Некоторое время Дин смотрела на собеседницу, потом покачала головой.

–  Я не могу, - сказала она.

Дин встала и подошла к восточному окну. За полосой дождя, заливавшего окно, небо приобрело розовато-лиловый цвет, местами переходящий в индиго. Его оживляли лишь редкие вспышки молний, озарявшие плавники далеких заратанов на внешних границах архипелага. Дин положила ладонь на оконное стекло.

–  Я не могу спасти Финистерру, - тихо произнесла она.
– Я лишь хочу помешать вам, hijos de puta [9], убивать заратанов.