Вереница большегрузных «Уралов» растянулась по шоссе, ведущему от города в аэропорт. Желто-голубой милицейский «козел», прижавшись к обочине, пропускал колонну мимо. Старший патрульного наряда грыз яблоко и равнодушным взглядом следил за дорогой, вполуха слушая надоедливый треп молодого стажера.

– Груз-то негабаритный! Контейнеры, а вон что-то просто брезентом прикрыто! – тыкал пальцем в мутное стекло задней двери выпускник владивостокской школы милиции. – Интересно, что они перевозят? Может, проконтролируем?

– Интересно у бабы под юбкой… «Уралы» на бывшие военные склады идут разгружаться, – тоном знатока ответил старший лейтенант милиции, любитель яблок. – Если руки чешутся – проверь накладные на груз. Я под дождь не полезу!

Редкий моросивший дождь был веской причиной для лейтенанта, чтобы не выходить из-под крыши милицейского «козла» и не мочить новенькую, с иголочки, форму, полученную по блату у начальника хозчасти районного отделения. Внеочередное получение обмундирования пришлось оплатить коробом китайской водки, доставшейся лейтенанту на халяву.

Недавно милиция конфисковала товар у жульнической фирмы, которая под видом закупки продовольствия в Китае на самом деле ввозила дешевое пойло без акцизных марок. Тогда лейтенант нашел общий язык с руководителем операции – майором краевого управления по борьбе с экономическими преступлениями.

Майор оказался человеком понимающим, не жилой, и разрешил взять каждому из участников конфискации по две картонные коробки с красными жучками-иероглифами снаружи и пластиковыми литровыми бутылками внутри.

Старший китайской водки не пил, ибо был убежден, что она отдает мочой или в лучшем случае куриным пометом, но бартерный обмен с завхозом отделения в глубине души считал несправедливым. Форма полагалась по закону, а выбивать ее приходилось водкой, чтобы не тянуть службу в обносках.

Это наводило старшего наряда на мрачные мысли о вселенском бардаке и отсутствии порядка даже в органах, призванных этот самый порядок наводить. Ему захотелось еще кому-нибудь испортить настроение, дабы заставить этого кого-нибудь задуматься о несовершенстве мира.

Порывисто распахнув дверь «козла», он выпрыгнул на мокрый асфальт и повелительно поднял руку.

Мощный «Урал» скрипнул тормозами и остановился вровень с милицейской машиной. Пожилой водитель, одетый в клетчатую рубаху с закатанными рукавами, заправленную в ядовито-зеленые брезентовые брюки, шутливо взял под козырек:

– Здравия желаем!

– Документы показывай: права, накладные, маршрутный лист! – не отвечая на приветствие, грубо скомандовал милиционер. – Сергей, осмотри груз!

Стажер проворно вскарабкался в кузов. Приподнял брезентовый тент и нырнул внутрь.

– Здесь ящики заколоченные, товарищ старший лейтенант, без обозначений! – прогудел парень словно из колодца. – Вроде лопасти вертолетные у борта лежат!

– Все правильно! – сверил по бумагам старший патрульного наряда. – Самолеты сельскохозяйственной авиации. Куплены торговым представительством Корейской Народно-Демократической Республики во Владивостоке у предприятия… Черт, неразборчиво написано! – запнулся милиционер. – Так, по маршрутному листу груз следует на склады временного хранения фирмы «Родком». Сходится…

Стажер высунул голову из-под брезента.

– Я лопасть вертолетного винта обнаружил, а не «кукурузника», – доложил въедливый парень.

– Значит, косоглазым наши фирмачи некондиционный товар впендюрили, – засмеялся старший патруля. – Будут рис вручную опылять ядохимикатами.

Шофер «Урала» угодливо подхихикнул.

– А вам, товарищ водитель, рано смеяться! – перешел на сухой, официальный тон старший лейтенант. – Правый стоп-сигнал не работает, на маршрутном листе печать размытая. Может, левачишь? – Старший патруля ехидно прищурился. – В глаза мне смотреть! Чего рыло воротишь? – показывал себя во всей красе российский держиморда.

– Какой левачишь? – возмутился шофер. – Нас вон сколько мимо едет, что меня одного выдернул?! Почти все «Уралы» с автобазы корейцы наняли для перевозок.

– Где грузились? – нахмурился представитель власти.

– На рампе железнодорожной! В маршрутном листе указано, – занервничал водитель, не без основания полагая, что вся эта комедия преследует вполне определенную цель. А из каких шишей набивать эту ненасытную утробу, когда на автобазе три месяца не выдавали зарплаты.

– Вона начальство мчится! – Шофер первым заметил обгоняющую «Уралы» белую «тридцать первую» «Волгу» с включенными фарами. – С ними разбирайтесь!