– добиться, чтобы в животноводстве и сельском хозяйстве работало больше узбеков и русских;

– если узбеки и русские спокойно не могут жить на киргизской земле, пусть уезжают!

«Ош аймагы»

– Эта подтирка по всему городу расклеена! – подал голос капитан. – Вы в пригороде улицы перекроете?

– Не знаю! – ответил Святой. – Командир решает!

– Я к обкому! Снова митинг начинается! – Капитан созвал солдат, махнул на прощание рукой и скрылся.

– Товарищ старший лейтенант, к комбату! – Незнакомый сержант, запыхавшись от быстрого бега, передал приказ и повернул обратно.

Святой поспешил за ним.

Около Орлова уже собрались офицеры и несколько местных деятелей, подъехавших на легковых автомобилях.

– Рогожин, поступаешь в распоряжение подполковника Дронова! – коротко бросил Орлов. – Виноградов в курсе.

Гэрэушник подхватил Святого под локоть:

– По машинам, лейтенант!

– Как? Мы не останемся в городе? – спросил взводный. Ему не хотелось отрываться от своих, а тем более подчиняться Гоблину.

Подполковник энергично затряс головой:

– Возьмем под охрану стратегические склады. Бункера тридцать километров отсюда. На северо-западе… Выводи машины на Ферганское шоссе. Поедешь по указателям! Я следом…

Святой построил взвод, довел распоряжение Орлова до личного состава.

– Вопросы есть? Вопросов нет! Выдвигаемся на указанный объект!..

На толпу они все-таки напоролись. Напоролись у самого выезда, где в зелени садов утопали уютные дома.

– Что это? – обернулся Серегин. – Туман?

Святой открыл крышку люка.

– Дом горит! – констатировал он.

Сизая полоса дыма стлалась по асфальту. Взводный ошибся – горели несколько домов. Перед БРДМ неожиданно промчался всадник. Сидевший на неоседланной лошади человек что-то неразборчиво прокричал, пригрозил проезжающим машинам кулаком и скрылся за кустами.

Дома горели в глубине улицы. Огня из-за деревьев видно не было. Только сизый удушливый дым, прибиваемый ветром к земле, проникал через посадки.

Улица – грунтовая дорога с рядами домов – была перекрыта завалом из деревьев и фрагментами заборов.

– Сворачивай, Серегин… – сказал Святой.

– Завал не пройдем! – резонно заметил водитель БРДМ.

Стволы спиленных деревьев действительно были слишком велики. Завал укрепляли поваленные бетонные столбы.

– Отделение Голубева, за мной! – выпалил в ларингофон Святой. У завала спецназовцев встретила растрепанная женщина с безумными глазами.

– Не ходите туда! Их много… – кричала она, заламывая руки.

– Пристегнуть магазины! – скомандовал Святой. За спиной послышался топот солдат. – Очереди поверх голов… В людей не стрелять!

То, что увидели спецназовцы, напомнило им иллюстрацию из учебника по истории Средних веков. Группы людей, многие из которых были обнажены по пояс, метались с чадящими факелами.

Головы «факельщиков» были обмотаны красными повязками. Погромщики действовали открыто, уверенные в своей безнаказанности. Одни из них в остервенении били окна домов, другие плескали бензином из пластиковых канистр вокруг строений. Карательная акция была в самом разгаре.

Посреди улицы стоял «ГАЗ-66» с открытыми бортами. Несколько окровавленных тел уже лежали в кузове, точно освежеванные туши.

– Стоять, суки драные! – закричал Святой. – Стоять!

Приземистый кривоногий киргиз, оказавшийся ближе всех к Святому, бросил ему под ноги бутылку. Она лопнула с тихим звоном, и синее прозрачное пламя заплясало на земле. Его языки лизнули ноги офицера.

– Горите, товарищ старший лейтенант! – истошно заорал Серегин.

И в ту же секунду офицера сбил с ног Голубев, навалился всем телом, гася пламя.

Хлопки автоматных очередей не произвели на погромщиков впечатления. Негодяи в повязках бросили на время свои жертвы и стали выползать из разграбленных домов, сбиваясь в стаю.

Голубев помог Святому подняться. Огонь не успел прожечь ткань, только черно-рыжие подпалины остались на зелени брюк.

Киргизов было больше, чем спецназовцев, – человек пятьдесят.

– Коля, возвращайся к взводу! – на ходу бросил Святой. – Не справимся…

Мысленно он всячески ругал себя за опрометчивость.

Офицер знал, как действовать. Погромщики и сами дали маху. Вместо того чтобы навалиться всей кучей, используя свое десятикратное превосходство, они топтались на месте.