Поняв, что Зак вот-вот расскажет ей о пожаре, Кэйт с бесконечной нежностью посмотрела на него.

— В ту ночь, когда она погибла, я вернулся с только что купленным стадом. Войдя в дом, я застал ее в постели с одним из моих работников. — У него перехватило дыхание. Он отрывисто и горько засмеялся. — Это был почти мальчишка, тощий, как жердь, и веснушчатый. Пьяный, как последняя тварь. И она обнимала его! Увидев их вместе, я не почувствовал ничего, кроме отвращения. Знаю, в это трудно поверить, но это так. Я не касался ее уже несколько месяцев. Я смертельно устал после поездки, и у меня не было ни малейшего желания затевать ссору. Ты веришь мне?

Кэйт помнила, какую пустоту она чувствовала в ночь, когда хоронила Джозефа. Ни злости, ни боли, ни жалости.

— Да, Зак, верю и понимаю.

Она знала, как трудно ему продолжать.

— Схватив одеяло, я пошел спать в сарай. Это чистая правда, клянусь Богом! Я свалился и заснул. Проснувшись, я увидел, что дом мой горит. Спальня была на втором этаже. Оттуда доносились вопли Сирины.

Вдруг Зак зарыдал так, что его большое тело сотрясалось. Испуганная Кэйт обняла его плечи. Зак прижался к ней и спрятал лицо у нее на груди. Она слышала, как громко стучит его сердце, видела его залитое слезами лицо.

— Я все еще любил ее, — сказал он дрогнувшим голосом. — Не так, как вначале, но с душевной болью за нее. Хоть мне и казалось, что я возненавидел ее, но все забылось, как только я услышал ее вопль. Выбежав из сарая, я увидел ее в окне. Я закричал ей: «прыгай», но она не решилась. А может, была слишком пьяна и не понимала, что происходит. Она пронзительно кричала, звала меня…

Кэйт била дрожь.

— И ты бросился в дом? — пролепетала она.

Зная Зака, она не сомневалась, что так оно и было. Кэйт представила себе, как Зак пытается спасти свою жену, бросившись к ней через пылающий ад. Ей ничего не стоило представить себе это: ведь она видела, как он спасал Миранду из колодца с гремучими змеями.

— Я не смог до нее добраться, — пробормотал он. — Лестница была охвачена огнем и обрушилась, едва я ступил на нее. Одежда на мне загорелась, я выскочил и катался по земле, чтобы потушить ее. Потом мне все же удалось взобраться на крышу… Но прежде, чем я пробрался к ней… — Он помолчал. — Это было как взрыв. Пламя вырвалось из окон. Огонь охватил весь дом. Я сорвался с крыши и больше не мог ничего сделать.

— О Зак! Мысль о том, что ты хранил все это в себе, разрывает мне сердце. Мне так жаль…

— Жаль? Из-за того, что произошло со мной, тебя могут приговорить к смертной казни за убийство, и тебе жаль? Боже, Кэти! Я схожу из-за этого с ума. Не добивай меня!

— Ты ни в чем не виноват!

— Я должен был по крайней мере предупредить тебя о том, с кем ты связала жизнь, чтобы ты знала, на что идешь… Но, честно говоря, я думал, что Райан не докопается до этого. Меня никогда ни в чем не обвиняли и, покинув Эпплигейт Велли, я надеялся, что все это канет в прошлое. Если б я только знал, что это может повредить тебе…

Кэйт погладила его по голове. Какие у него густые вьющиеся волосы!

— Я знала, с кем свела меня судьба, — горячо сказала она. — Если бы мне пришлось выбирать снова, зная то, что я знаю сейчас, я выбрала бы только тебя, Зак! И ко всем чертям суд!

— Не говори так…

— Я буду говорить! «В горе и радости…», помнишь? Ты не виноват в слухах, которые о тебе распустили. Нам придется выдержать и это испытание и молиться о том, чтобы присяжные не приняли во внимание эти сплетни, не имеющие отношения к моему делу.

Молчание воцарилось в камере. Они долго сидели, держась за руки и слыша, как стучат их сердца. Кэйт мечтала о том, чтобы они и впредь так доверяли друг другу. Рядом с ним она чувствовала себя в полной безопасности и беспредельно верила ему. Все лучшее в ее жизни было связано с Заком, и она не сомневалась, что в нем залог того счастья, которое они в конце концов обретут. А этого она желала всей душой. Наконец Зак пошевелился, и она почувствовала, что напряжение вновь сковало его.

— Я должен сказать тебе кое-что еще. Мне поручили попросить тебя…

Кэйт удивленно взглянула на него.

— О чем?

— Только не отвергай этого сразу. Сперва подумай. Обещаешь подумать? Попытайся поверить мне…

— О чем ты, Зак?

Он придвинулся к ней и обнял ее плечи.

— Суду нужно допросить Мэнди. Никаких перекрестных допросов, ничего такого. Просто ей зададут несколько вопросов в самой деликатной форме.

— Нет! — Сердце Кэйт яростно застучало. Она затрясла головой. — Нет, абсолютно исключено! Я этого не позволю!

— Кэйт! — Он крепко сжал ее руку и заглянул ей прямо в глаза. — Послушай меня!