— Вы будете их носить, мадемуазель.

— Не буду!

Роган шагнул к ней.

— Вы наденете это сейчас же, или я сам одену вас!

— Вы не посмеете!

— Я? Посмею… — голос Рогана осекся и восстановился только с новым вздохом. — Я не допущу, чтобы вы издевались над моей командой, появляясь на палубе чуть ли не голой!

— Голой?..

Серые глаза широко раскрылись.

— Я не позволю, чтобы вы демонстрировали перед ними свои прелести, пытаясь совратить их!

— Совратить?.. Роган стиснул зубы:

— Разговор окончен.

— Вон отсюда!

Его гонят из собственной каюты! К его гневу примешалась мысль о забавности этой ситуации, но быстро исчезла.

— Запомните, мадемуазель, я вас предупредил!

— А я сказала, вон отсюда!

Приказ маленькой чертовки был послан ем когда Роган закрыл за собой дверь. Выполнит ли указание?

Внутренний голос подсказывал, как непросто ему будет с честью выйти из сложившейся ситуации, если она откажется подчиниться. Роган медленно направился к лестнице, которая вела на верхнюю палубу.

Как только за ненавистным капитаном захлопнулась дверь, Габриэль взорвалась. Она — специально выбежала голой? Как осмелился этот заносчивый негодяй даже подозревать ее в попытке совратить кого-то из его безобразных матросов?!

Ярость Габриэль переросла в бешенство, как только она глянула на принесенную ей одежду, лежавшую рядом на кровати. Он посмел допустить хоть на один миг, что она подчинится его приказу надеть это ужасное тряпье?! Ни за что! Она уже доказала, что не будет носить сандалии для рабов.

В этот момент в ногах что-то заныло, и Габриэль поморщилась от боли. О проклятие! Сама судьба напоминает ей об ошибке, допущенной от непомерной гордыни! Она достаточно настрадалась и уже не раз раскаивалась в том, что отказалась от этих злосчастных сандалий.

Габриэль пощупала ношеную матросскую одежду. Грубая и крепкая, она выглядела только что выстиранной.

Вы наденете это… или я сам одену вас!

Он не сделает этого! Габриэль задумалась. А если сделает?..

Припомнилась невероятная сила его рук, когда он подхватил ее на верхней палубе, принес вниз и уложил на эту постель.

После нескольких минут раздумий она поднялась на ноги. Немного поколебавшись, Габриэль стащила через голову свою опозоренную ночную рубашку. Чувствуя неловкость оттого, что оказалась обнаженной, она быстро схватила матросскую рубаху и проскользнула в нее, а затем натянула на свои длинные ноги мешковатые штаны. Прижав широченный пояс штанов к своей тонкой талии, она решительно застегнула их на все пуговицы.

Все в порядке, она одета. Габриэль опустила руки вдоль туловища. И штаны упали на пол. О черт! Она наклонилась, чтобы натянуть их, и, к своему ужасу, почувствовала приближение острого приступа тошноты. Нет, нет… только не это…

Внезапный спазм заставил выкинуть из головы все мысли, кроме двух: когда это закончится и за что она наказана судьбой?..

Роган, подняв бинокль, стал обозревать раскинувшееся до самого горизонта волнующееся море. Он занимался этим весь последний час, так что стал противен сам себе.

Трус… Он скрипнул зубами. Сколько же истекло времени с тех пор, как был поставлен ультиматум маленькой бестии внизу? Час… два… три?.. Кого он пытается одурачить? Ведь прекрасно знает, что давно прошло время обеда и скоро наступит ужин.

Поднос с едой эта чертовка вернула нетронутым. Бертран сообщил ему об этом с некоторым беспокойством, что было ему несвойственно. Роган не решился спросить Бертрана, поменяла ли она одежду, и не справился о ее поведении, решив, что сам скоро спустится вниз, где найдет ответы на все вопросы.

Он решительно вознамерился вбить в голову Габриэль Дюбэй понимание, что именно от него зависит ее судьба. Он никак не предполагал, что эта хрупкая девушка окажется столь своевольной и что ему будет так трудно заставить себя сделать все необходимое, чтобы она осознала всю серьезность своего положения.

Он не может допустить никакого промаха, как только они войдут в залив Баратария. Крайне необходимо, чтобы ее присутствие на корабле сохранялось в глубокой тайне. Никто не должен заподозрить, что Рапас и есть капитан Роган Уитни, намеревающийся открыть новоорлеанцам глаза серией разоблачений Жерара Пуантро, вслед за которыми последует его полная капитуляция.