В ожидании звонка Маргарита закурила и вдруг поймала себя на том, что за последние сорок восемь часов она ни разу не вспомнила о странном незнакомце. Впрочем, это было неудивительно – два дня она жила, как на вулкане, одно событие сменялось другим, и было бы даже странно, если бы у нее находилось время думать об этом долговязом придурке.

Телефон зазвонил, как водится, неожиданно, хотя на этот раз Маргарита ждала звонка с нетерпением.

– Алло?

– Что случилось? – голос Саранского был сух и колюч, как надломленная ветка.

– Пропал Андронов. Я не знаю, что делать, – она вдруг почувствовала, что ей трудно говорить. Видимо, это уловил и Саранский, так как из трубки тут же последовала реплика:

– Возьми себя в руки! Ты можешь спокойно и доходчиво объяснить, что произошло? Или дать тебе время успокоиться?

Сама того не желая, Маргарита разозлилась. Ну и фрукт же этот Саранский! Конечно, сидя в уютном кабинете, легко давать советы!

– Я совершенно спокойна, – отчеканила она.

– Тогда рассказывай. Только коротко.

– Вчера в пять вечера Андронов поехал в бутик на Кузнецкий, чтобы предотвратить очередное похищение. С тех пор я его не видела. По его сотовому отвечает другой человек, дома его тоже нет. Мне удалось выяснить, что вчера на Кузнецком…

– Я в курсе того, что произошло на Кузнецком, – бесцеремонно перебил Саранский. – И довожу до твоего сведения, что в списке подозреваемых твой Андронов стоит на первом месте.

– Что значит – «на первом месте»?

– А то, что его подозревают в убийстве.

– Вы не шутите?

– Я своими глазами видел фоторобот предполагаемого киллера, составленный по описаниям свидетелей. Точь-в-точь Андронов: высокий, светловолосый, лет тридцать пять – сорок.

– Ему тридцать семь, – машинально поправила Маргарита.

– Какая, к черту, разница? – взорвался Саранский. – Он вляпался основательно, а вместе с ним и ты. Потерпевшую застрелили из «ТТ», который нашли там же, на складе. На оружии – отпечатки пальцев Андронова. Человек десять видели, как он мчался сломя голову за этой бабой. Так что, дорогуша, пора заказывать реквием.

– Но зачем, зачем Павлу было убивать эту женщину? Он ехал туда, чтобы спасти ее!

– Не знаю, что и сказать. Лично я ничего не могу гарантировать. А вдруг у Андронова поехала крыша?..

– Вы что? Какая крыша? Мы с ним расстались за полчаса до убийства! Он был нормальнее нас с вами!

– Все, хватит! – резко оборвал ее Саранский. – Сами заварили эту кашу, сами и расхлебывайте. Мне больше не звони! Если понадобишься, свяжусь с тобой сам.

Маргарите показалось, что прямо над ухом прозвучала автоматная очередь. Но это были всего лишь короткие гудки, доносившиеся из трубки…

Гамбургер, которым он рассчитывал утолить голод, выглядел очень даже аппетитно – румяная корочка, поджаристое мясо, щедро политое кетчупом. Однако, как только Рябой поднес ко рту это «произведение кулинарного искусства», в нос ударил весьма специфический запах.

«Из кошек они их делают, что ли?» – раздраженно подумал он и, на всякий случай, еще раз понюхал. Так и есть – мясо, старательно запрятанное между слоями булки, оказалось тухлым. Брезгливо поморщившись, Рябой решительно двинулся к киоску, где несколько минут назад купил этот злополучный гамбургер.

– Девушка, я не мог бы получить назад свои деньги? – вежливо, но твердо спросил он, просовывая в окошко свой несостоявшийся завтрак.

– А в чем дело? – на лице худенькой продавщицы вместо дежурной улыбки, которой она встречала каждого потенциального покупателя, появилось агрессивное недовольство.

– Гамбургер – несвежий, – терпеливо пояснил Рябой. – Есть его невозможно. Так что, будьте добры, верните мои деньги.

– Несвежий?! Да что ты такое говоришь?

– Не верите – понюхайте. А если не боитесь отравиться, можете отведать. Тогда поймете, что я нисколько не преувеличиваю.

– Так ты его все-таки пробовал? – торжествующе уточнила продавщица и, не дождавшись ответа, заявила: – О каких деньгах ты говоришь? Гамбургер надкусан!

«Черт знает что! – Рябой почувствовал, как в нем закипает злость. – Эта идиотка вместо того, чтобы извиниться, пытается свалить вину на меня… Господи, ну и страна, ну и нравы! Нет, с таким подходом к делу мы никогда не выкарабкаемся из дерьма!»

– Девушка, я его даже не пробовал. Не хотите возвращать деньги, не возвращайте. Только не надо на меня орать, – он сделал шаг к урне, намереваясь выбросить туда гамбургер, но его остановил истошный вопль продавщицы: