— Пожалуйста, не надо… — сумел-таки выдохнуть банкир. — Пощадите… Я… Не убивайте меня…

— Что? — На губах Умара появилась кровожадная улыбка. — Пощадить? Может, ты со мной тоже хочешь договориться? Предложить мне денег?

— Да, я могу…

Лицо Абдулина пошло красными пятнами. Он готов был взорваться в любую секунду. Но еще держал себя в рамках.

— Так ты так ничего и не понял, червяк! — Умар сунул нож за пояс, а затем обернулся к порогу. — Рафкат, Айрат, вытащите эту скотину наружу. Привяжите к дереву и принесите мне цепь. Потолще… Ты тоже пойдешь с нами, Салих, — он секунду подумал. — И позови остальных. Я хочу, чтобы этот червь сравнил, чьи удары сильнее. Устроим небольшое соревнование. Ты не против исполнить роль груши, Кеплер?

Айрат и Рафкат, оставивший свой автомат на попечение Салиха, уже поднимали банкира с пола. Порванная на груди рубаха пленника успела пропитаться кровью, но Кеплер, казалось, не обращал на этот факт никакого внимания. Гораздо больше его волновало сейчас то, что предстояло вынести там, на улице. В глазах Кеплера плескался самый настоящий страх.

— Да он обоссался, Умар, — брезгливо поморщился Айрат, бросив беглый взгляд на мокрые штаны пленника. — Обделался, как самая настоящая бесхребетная тварь.

— Ничего удивительного. — Умар развернулся и направился к выходу. — Тащите его на улицу, я сказал. Не могу больше переносить эту вонь.

Салих посторонился, пропуская старшего группы.

Екатеринбург. Управление Федеральной службы безопасности

— Слушай, полковник вроде обещал освободить нас от всего, что не касается терроризма. Мы же и так зарываемся! Почему он нас-то на мокруху командирует? — возмущался Скалюков, шагая вслед за Арсением по коридору Управления ФСБ и на ходу застегивая пуговицы легкой куртки.

— По словам очевидцев, на месте были замечены чеченцы, — ответил Панкратов. — Голымшанов теперь ни одного кавказца не пропустит.

Оказавшись на улице, майор сел в старенькую служебную «Волгу» Управления. За ним, на заднее сиденье, опустился и капитан.

— Тут ехать-то! Десять минут! Это недалеко от пруда. — Панкратов приоткрыл окно передней дверцы автомобиля. Достал из пачки наполовину выкуренную сигарету с обгоревшим кончиком. — А я, Олег, последнее время курить стал, как паровоз… Одну за одной. Видишь, до чего дошел? Бычкую, — Панкратов щелкнул зажигалкой. — А ты как с этим делом? Ничего?

— А я, ты знаешь, как домой прихожу, обязательно стопочку за ужином — хлобысть!.. А на ночь жена мне молоко с медом греет. Засыпать помогает. Соответственно и курю меньше, — засмеялся Скалюков.

Арсений сделал две глубокие затяжки и снова забычковал окурок. Спрятал его обратно в пачку.

— Вот и все мое наслаждение, — резюмировал он. — А это мы до следующего раза оставим…

— Какое ж в этом удовольствие? Так и не проймет.

— А иначе я по три пачки в день выкуриваю. Только покурю, через десять минут уже невмоготу. Снова тянет. Я бы, если честно, плюнул на все, да и!.. Да печень не выдерживает…

Машина следователей тем временем въехала во двор одной из многоэтажек по улице Старолитейщиков. Узкий дворик был перегорожен двумя патрульно-постовыми «газиками». Панкратов с капитаном вышли из «Волги».

Прямо перед крыльцом третьего подъезда стоял черный джип «Тойота» с тонированными стеклами. Передняя дверца со стороны водителя была настежь распахнута. Около джипа работали оперативники.

— Майор Панкратов, Управление ФСБ, — представился Арсений сотруднику в милицейской форме, заполнявшему на капоте «Тойоты» протокол.

— Лейтенант Буланов… Производим опись места происшествия.

Панкратов заглянул внутрь автомобиля. Скалюков смотрел из-за спины майора. На водительском сиденье лицом вниз, привалившись к рулю, все еще сидел расстрелянный террористами водитель Густава Кеплера. Голова убитого была залита кровью. Руки безжизненно свисали вдоль туловища.

— Это водитель джипа, — лейтенант указал рукой на труп. — В ящике на дверце машины были обнаружены документы на имя Гельмана Руслана…

— Гильзы нашли? — Панкратов внимательно осмотрел входные отверстия на стекле и обшивке дверцы.

— Да, вот она.

Оперативник показал майору запакованную в полиэтиленовый пакет отстрелянную гильзу.

— На-ка, посмотри, — Панкратов протянул пакетик капитану. — Что скажешь, Олег?

Скалюков лениво пожал плечами.

— Девятимиллиметровый. «ПМ».

— Если высота гильзы восемнадцать — это патрон Макарова, — сказал майор. — Тогда это ноль второй ОЦ «Кипарис». Калибра девять миллиметров. С глушителем скорее всего.

— Не пойму. Тут не написано. Может, и девятнадцать… Не вижу…