Предчувствие положительной развязки придало Рафкату красноречия.

— Я тоже воевал на стороне бойцов Аллаха, — сообщил он. — Я и сейчас продолжаю свою борьбу. В этой войне нельзя останавливаться. Ты знаешь об этом?

Рафкат заглянул в глаза собеседнику. Муса внимательно слушал его. В этот момент Рафкат чувствовал себя настоящим имамом. Слова сами стали приходить ему на язык.

— Аллах призывает всех воевать с неверными. Он сказал: «О вы, неверные! Не поклоняюсь я тому, чему поклоняетесь вы, а вы не поклоняетесь тому, чему поклоняюсь я…» — процитировал он заученную им на занятиях по вахаббитской идеологии фразу из суры «Кяфирун». — Всех неверных постигнет кара Аллаха. И мы, его солдаты, должны осуществлять волю Аллаха на земле…

Муса смотрел на Рафката, не спуская глаз. Когда их взгляды встретились, молча кивнул. Пора было переходить к изложению основной идеи — встречи на квартире Умара.

— Ты не хочешь сходить со мной?.. Короче, там собираются воины Аллаха, — предложил Рафкат. — Я знаю такое место в Екатеринбурге…

— Разве они собираются не в мечети? — Муса состроил удивленное выражение лица.

— Нет. В двадцать четвертом аяте в суре «Покаяние» сказано, что нельзя посещать мечеть, которая построена не из богобоязненности, — нравоучительно произнес Рафкат. — Все мечети, которые построены в Екатеринбурге, построили неверные. Муфтий подчиняется неверным. Поэтому получается, что каждый мусульманин, посещающий мечеть, подчиняется не Аллаху, а неверному. Понимаешь?

Муса снова кивнул.

— Неверные не соблюдают законов шариата, — добавил Рафкат. — Они мешают становлению чистого ислама. Правоверные должны сражаться на пути Аллаха. Всевышний сказал, что мы должны бороться со всяким, что мешает становлению законов шариата. Поэтому истинно верующие в Аллаха образовали джамаат. Цель которого — возвышение ислама, — Рафкат решил, что пора раскрыть перед наставляемым на путь истинный все свои карты. — Мы занимаемся подготовкой и ведением войны против неверных на территории Екатеринбурга.

— А с кем вы боретесь на территории России? В Чечне — там все было понятно, — подыгрывая собеседнику, спросил Муса. — А здесь?

— Со всеми, кто не исповедует ислам, — горячо проговорил Рафкат. — Конечно, здесь не главный опорный пункт мусульман. Основные силы находятся за пределами России, но мы должны всячески способствовать созданию Всемирного исламского халифата. Наша задача — добывать средства для ведения войны с неверными по всей территории России… Все истинно верующие, и я тоже, должны вести непрекращающийся джихад. И я знаю людей, которые живут, истинно соблюдая все заветы Аллаха.

Во время своей пламенной речи глаза Рафката горели. Он чувствовал, что его проповедь имеет успех.

— Ну как? Хочешь сходить со мной? — спросил он.

— Когда?

— Да хоть сегодня. Я познакомлю тебя с истинно верующими. И ты почувствуешь, что твоя жизнь наполнилась смыслом. Понимаешь? Ты сможешь на деле доказать свою приверженность Аллаху, а не просто ходить в мечеть. Просто читать намаз — это еще не значит быть истинным мусульманином. Ты еще должен многое делать, чтобы попасть в рай.

— Что нужно делать? — уточнил Муса.

— Пока ничего. Ты просто сходишь со мной. Познакомишься с людьми. У нас есть свой амир. Он хорошо знает все заветы Аллаха. Его обучали в лагерях на территории Чечни. Он — не батальонный командир! Он — настоящий имам. Такой человек знает, как воевать с неверными. Он во всем будет тебя наставлять…

— А ты давно входишь в этот джамаат? — спросил Муса.

— Почти с самого основания, — признался Рафкат. — Я знаю там всех. Там нет ни одного неверного. Ты почувствуешь свою силу, когда вместе с воинами Аллаха сделаешь хотя бы что-то для возвышения ислама. Я уже участвовал в нескольких акциях. После этого ты понимаешь, что исполняешь волю Аллаха, потому что он дает тебе большие силы за это…

Глаза Мусы тоже загорелись, и по этой его реакции Рафкат понял, что добился своего.

Екатеринбург. Управление ФСБ

— Доложите, пожалуйста, как проходит операция по установлению лиц, причастных к ограблению ювелирного магазина. — Полковник Голымшанов положил руки на стол, сцепив их в замок. — И присаживайтесь, майор, присаживайтесь, — полковник показал на стул около своего стола. Затем снова сцепил руки в замок. — Свои люди все ж таки…

Панкратов придвинул стул ближе и сел.

— В ходе следственных действий по горячим следам поймать преступников не удалось, — начал докладывать он ровным негромким голосом, разминая пальцами неприкуренный окурок. — Преступникам, как вам известно, удалось скрыться с места происшествия, оставив за собой гору трупов… Сейчас проводим активные следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия…

— Ясно, — Голымшанов побарабанил пальцами по крышке стола. — Ты мне, как человек человеку, скажи, что у тебя происходит? Давай вот без этих… Без чинов. На какой стадии расследование?