– Если бы у нас были братья и сестры, мы привыкли бы к такому ощущению, – невозмутимо откликнулся он.

– Наверное, но все-таки… – Лесия снова замолкла. Она вовсе не собиралась объяснять Кину, что не в силах сдерживать охватившее ее, как пламя, внезапное влечение и видит в этом серьезную опасность. Ведь она не имела ни малейшего представления о том, что чувствует Кин. Кроме естественного любопытства, разумеется. И Кин, и его двоюродная бабушка заинтригованы появлением нового члена семьи, и им обоим просто интересно докопаться до сути вещей. Как, впрочем, и ей самой.

А если их взаимное тяготение есть не что иное, как инстинктивное предчувствие существования между ними кровных уз и это предчувствие она принимает сейчас за желание?

И, в конце концов, существует еще женщина, с которой Кин был на концерте, – вполне возможно, его любовница. От этой мысли Лесию бросило в жар.

Кин подъезжал к автостоянке перед рестораном, прилепившимся на полпути к вершине одного из маленьких вулканических холмов Окленда.

– Нам надо привыкнуть видеть себя друг в друге, – произнес он таким авторитетным тоном, что Лесия даже рассердилась.

Значит, Кин намерен поддерживать с ней отношения. Несмотря на ее прежние благие намерения, подобная перспектива подлила масла в неуправляемое пламя чувств, которое руководило сейчас ее поступками.

– Не думаю, что я привыкну, – ответила она без всякого выражения.

Когда их подвели к столику, из-за которого, естественно, открывался вид на город и море, Кин спросил с усмешкой:

– Ну и что вы решили?

– О чем вы?

– Похоже, что сейчас вы выбираете между двумя вариантами поведения, из которых оба вам не слишком нравятся, – мягко проговорил Кин.

День угасал, на землю быстро начали опускаться сумерки. Дольше глядеть в глаза Кину сделалось слишком рискованно, и Лесия отвернулась и переключила внимание на пейзаж, открывавшийся перед ними. В меркнущем свете она успела различить сочно поблескивающие цветы бугенвиллеи, ветви которой перекинулись через решетку. Через мгновение внизу, в гавани, вспыхнули огни, и пышное многоцветие сникло перед неумолимым приближением ночи.

– Мне не слишком понравилось, что вы даже не усомнились в моем согласии поехать с вами ужинать. Я больше люблю, чтобы меня спрашивали, – сказала Лесия как можно язвительнее.

Темная бровь взмыла вверх.

– Но в семейном кругу…

Она покачала головой, и он, прищурившись, взглянул на нее.

– Да, я тоже не испытываю к вам родственных чувств. – И прежде, чем Лесия успела что-нибудь вымолвить, добавил: – Скажите, неужели вам приходится каждому прорабу на каждой стройплощадке демонстрировать свое умение забивать гвозди?

– Все что угодно, лишь бы дело двигалось, – подтвердила она. – А как у вас в фирме? Вы принимаете женщин на ответственные должности?

– Я – да, – ответил Кин. – Для меня главное, чтобы эта женщина справлялась с работой.

– А если у нее вдруг заболеет ребенок, – поинтересовалась Лесия, – что тогда?

– Некоторые женщины берут работу на дом, другие обращаются к услугам няни из нашей же фирмы. У нас существует набор услуг, которые мы предоставляем в зависимости от конкретного случая.

– Очень прогрессивная организация.

Кин пожал плечами.

– Я руковожу прибыльным предприятием, имею дело с современными условиями жизни, а не с теми, которые были сорок лет назад. Женщины работают, и, значит, следует приспосабливать бизнес к ним и их потребностям. Это относится и к мужчинам. Давно прошли времена, когда от мужчин требовалось заботиться в первую очередь об интересах предприятия в ущерб семье. Я сам не сижу на работе до полуночи и не жду таких жертв от моих служащих.

– А вы не замечали в них недостаток рвения?

– Насколько я могу судить, человек, которому приходится работать дольше восьми-девяти часов в день, или чрезмерно загружен, и в этом случае мы нанимаем кого-то сверх штата, или же недостаточно компетентен, тогда ему помогают. Разумеется, если он не меняется к лучшему, то недолго задерживается на своем месте.

Лесия сделала какое-то замечание по поводу производимых его фирмой фильтров и, когда он удивленно приподнял брови, добавила:

– У меня профессиональный интерес к фильтрам, и к тому же я читала о вашей фирме в статье, которую мне дали знакомые.

– Тот самый знакомый, что принес вам мороженое и поцеловал, когда я столкнулся с вами на концерте? – Его улыбка стала жесткой и вызывающей. – Он что, ваш возлюбленный?

Возмущенная Лесия ответила очень любезно:

– Я думаю, что ваш сыщик должен был прояснить и этот вопрос.

В глазах Кина вспыхнуло яркое синее пламя.

– Он утверждает, что у вас нет постоянного друга, – сказал Кин. – Или он ошибается?

– Нет, – нехотя признала Лесия.

– Но этот Питер – он хотел бы стать им?