Дерзкий взгляд быстро скользнул по фигуре и вновь вернулся к лицу.

– Тем более что титул будет постоянно напоминать о графе Блэкморе – истинном английском аристократе, который маячит где-то в туманной дали, выжидая лишь удобной минуты, чтобы налететь на меня.

Сара выпрямилась и чопорно сложила руки на коленях.

– Тот факт, что граф Блэкмор – сводный, а не родной брат, ничего не меняет. Он все равно не забудет обо мне. Едва лорд услышит о случившемся, как тут же бросится на поиски. За шхуной будут гоняться вооруженные суда Королевского военно-морского флота. Вы не сможете уйти, не сможете спрятаться.

Слова возымели совсем не тот эффект, на который рассчитывала отважная пленница. Красивое лицо капитана расплылось в широкой улыбке.

– Ну, в таком случае, как только мы достигнем пункта назначения, сразу сойдем на берег и больше не будем странствовать.

– Что вы имеете в виду?

Пират пожал плечами:

– Мы собираемся оставить пиратский бизнес. Уйти в отставку. Об этом давно мечтают все: и я сам, и все мои люди. Именно поэтому нам и нужны жены.

На какой-то миг Сара утратила дар речи. Затем обвела взглядом золотые украшения и роскошные излишества каюты.

– В отставку?

– Да. Именно так. В отставку. Как вы, наверное, знаете, в последнее время пиратство превратилось в очень опасную и беспокойную профессию. Правительства многих стран изо всех сил пытаются выследить и уничтожить нашего брата. А мы с ребятами неплохо заработали и вполне можем устроить свою жизнь.

Сара машинально кивнула.

Откинувшись в кресле, капитан сплел пальцы на животе и без особого стеснения рассматривал свою гостью. Рассматривал так внимательно, что, казалось, прикасался к волосам, лицу и даже к скромно прикрытой груди. Если бы на нее так смотрел другой мужчина, она возмутилась бы. Почему же этот взгляд капитана не оскорбляет, а лишь заставляет сердце биться быстрее?

– Проблема заключается в том, – снова заговорил пират, – что нет на свете страны, где мы могли бы обрести желанный покой.

– А Америка?

–Даже Америка не может стать для нас тихой гаванью. А главное, никто из нас особенно туда не стремится. Да и вряд ли в Америке ждут банду пиратов с распростертыми объятиями.

– Ничего удивительного, – заметила Сара и тут же под негодующим взглядом прикусила язык.

Однако капитан быстро взял себя в руки и заговорил уже совершенно спокойно.

– Вижу, вы понимаете ситуацию. К счастью, нам удалось разыскать в океане остров, населенный лишь дикими свиньями. На нем есть все, что необходимо для жизни: река с чистой водой, обильная растительность. К тому же остров достаточно велик, может вместить множество людей. Вот мы и решили обосноваться в этом уединенном уголке мира. Но у нас нет женщин. А колония без женщин... сами понимаете... – Он улыбнулся.

Улыбка была обезоруживающей, очаровательной, неотразимой. Строгая учительница и оскорбленная пленница едва сдержалась, чтобы не улыбнуться в ответ. Нет, она ни за что не поддастся злым чарам жестокого и злобного негодяя. Этот путь не для нее!

– Но почему именно эти женщины? Разве нельзя найти жен на островах Зеленого Мыса или...

– А как вы думаете, с какой стати мы оказались на Сантьяго? – Снова помрачнев, капитан отвел взгляд. – К сожалению, трудно найти женщин, которые согласились бы бросить дом и родных и поселиться на далеком неизведанном острове, посвятив жизнь обустройству дикой, пусть и прекрасной земли. Даже... даже божьи коровки считают это предложение не слишком заманчивым.

Да уж, действительно божьи коровки, иначе их не назовешь. Сара смутилась и покраснела.

– Неужели их можно в чем-то обвинять?

Пират снова в упор взглянул на собеседницу. Судя по улыбке, ее смущение доставило ему истинное удовольствие.

– Думаю, нет. У них есть свои веские причины оставаться на острове Сантьяго. Однако для узниц «Добродетели» ситуация складывается совсем по-другому. Несчастные обречены на рабское существование в чужой стране. Мы не случайно выбрали именно их: просто решили, что свободная жизнь с нами устроит их больше, чем рабство у бывших каторжников в Новом Южном Уэльсе.

– По правде говоря, пираты не очень-то отличаются от бывших каторжников, – возразила Сара. – И те и другие – преступники, разве не так?

Лицо капитана мгновенно напряглось. Улыбка исчезла.

– Поверьте, между моими людьми и этими головорезами – огромная разница.

– И вы хотите, чтобы я поверила вам на слово?

– Но ведь особого выбора нет, не правда ли?

Раздражение собеседницы заставило капитана Хорна обуздать свой нрав.

– Более того, – уже спокойно продолжил он, – наш остров куда уютнее и дружелюбнее, чем Новый Южный Уэльс с его безжалостным климатом и еще более безжалостным правительством. У нас замечательная мягкая погода, приятная, не требующая особых усилий жизнь, обилие продовольствия и никакого правительства, кроме того, которое мы создадим сами. Нет ни тюремщиков, ни судей, пресмыкающихся перед знатными и богатыми и безжалостно топчущих бедняков. Во всяком случае, райская жизнь настанет, как только ваши подопечные осчастливят нас своим присутствием.