– Вот именно: вы же ничего обо мне не знаете!

– Не совсем, – тотчас ответил он. – Во-первых, вы шотландка. Во-вторых, вы шотландка. И в-третьих…

– Я могу угадать, – сказала она.

– Вы красивы, – докончил он, и его лицо на мгновение расплылось в улыбке.

Теперь он стоял, скрестив руки на груди, и улыбался, глядя на нее с высоты своего огромного роста.

– Благодарю вас за комплимент, но я вынуждена поинтересоваться, почему вы приехали в Лондон, чтобы найти невесту, принимая во внимание первые два ваших требования? – спросила Аннабел.

– Я приехал, потому что мне посоветовали так сделать, – ответил он.

Аннабел не нуждалась в дальнейших пояснениях. Всем было известно, что богатых невест можно найти в Лондоне, а бедных – в Шотландии. Он, видимо, надеялся, что ее красивое платье подразумевает наличие у нее хорошего приданого.

– Вы судите по внешнему виду, – сообщила ему она. – Мое единственное приданое – это лошадь, но, как я уже сказала, я была бы счастлива представить вас нескольким подходящим юным леди.

Он открыл было рот, но в этот момент у ее плеча возникла Имоджин.

– Дорогая, – обратилась она к Аннабел, – я тебя обыскалась! – И, не дав себе передышки, повернулась к графу: – Лорд Ардмор, – промурлыкала она. – Я леди Мейтленд. Очень рада с вами познакомиться.

Аннабел смотрела, как граф нагнулся к руке ее сестры. Имоджин выглядела столь же вызывающе, как богиня-мстительница. Она одарила Ардмора взглядом, которому ни один мужчина, в особенности мужчина, озабоченный поисками богатой невесты и повстречавшийся лицом к лицу с состоятельной молодой вдовой, не подумал бы сопротивляться. В сущности, он очень походил на один из призывных взглядов из копилки самой Аннабел.

– Я нестерпимо хочу танцевать, – молвила Имоджин. – Вы окажете мне честь, лорд Ардмор?

«Нестерпимо?» Но Ардмор не смеялся – он снова поцеловал руку Имоджин. Аннабел сдалась. Придется ему самому выпутываться из сетей Имоджин. С Имоджин всегда было так: если уж она что-то решила, то ее ничто не остановит.

– Я вернусь к своей дуэнье, – сказала Аннабел, сделав реверанс. – Лорд Ардмор, рада была побеседовать с вами.

Леди Гризелда щебетала в углу комнаты; их опекун растянулся на диванчике рядом с ней со стаканчиком виски. Не то чтобы в этом было что-то из ряда вон выходящее: герцог Холб-рук всегда имел при себе стаканчик виски. Он пошел встретить Аннабел, когда увидел, как та пробирается сквозь толпу.

Теперь, сведя знакомство с некоторыми представителями английского титулованного дворянства, Аннабел все более и более дивилась, как мало Рейф походил на герцога. Он отказывался следовать нормам этикета, приличествующим своему титулу. И был совершенно не похож на надушенных, подвитых и пышно разодетых лордов, живущих светской жизнью. Для званого вечера лакею удалось облачить его в приличный сюртук из тонкого голубого шелка, но дома он питал склонность к удобным панталонам и видавшей виды белой рубахе.

– Гризелда сведет меня с ума, – без церемоний заявил он. – И если ей это не удастся, то Имоджин окончательно меня добьет. Что она вытворяет, любезничая с этим шотландским увальнем? Я даже его не знаю.

– Она решила, что ей нужен чичисбей, – сообщила ему Аннабел.

– Полная чушь! – пробормотал Рейф, пробежав рукой по своим волосам, которые и так уже были в ужасном беспорядке. – Я могу сопровождать ее куда ей будет угодно.

– Ей не дают проходу охотники за приданым.

– Боже правый, тогда почему она выбрала в партнеры по танцам нищего Шотландца? – взревел Рейф, запоздало оглядевшись вокруг.

– Быть может, при более близком знакомстве она охладеет к нему, – ответила Аннабел, пытаясь разглядеть, нет ли где лорда Россетера. На данный момент лорд Россетер являлся ее главным кандидатом в мужья.

– Она ставит себя в глупое положение, – сказал Рейф. По какой-то неведомой причине ужимки Имоджин всегда доводили Рейфа до белого каления, в особенности с тех пор, как она вернулась в Лондон и принялась заказывать платья, которые сидели на ней словно вторая кожа. Но как бы он ни ревел и ни бушевал, она просто усмехалась, глядя ему в лицо, и говорила, что вдовы могут одеваться в полном соответствии со своими желаниями.

– Наверняка все не так плохо, – рассеянно молвила Аннабел, по-прежнему выискивая в толпе Россетера.

Она поймала взгляд леди Гризелды, которая подозвала ее:

– Аннабел! Подойдите-ка сюда на минутку.

Их дуэнья не имела ничего общего с кислого вида пожилыми дамами, которые обыкновенно удостаивались сего эпитета. Она была столь же хороша собой, сколь и пользующийся дурной славой, бросающий невест у алтаря граф Мейн. Само собой разумеется, никто из них не ставил поведение брата в упрек Гризелде: она была подавлена, когда Мейн умчался прочь из дома Рейфа примерно за пять минут до того, как должна была состояться их с Тесс свадьба.