Сабрина попыталась отстраниться, однако Найл крепко обнял ее, увлек за собой, и оба покатились по постели. Она, раскинув руки и ноги, оказалась под ним, посреди подушек.

— Лежи! — приказал он. Одним движением он задрал ее юбки до самой талии.

Сабрина подумала, что он собирается взять ее, даже не сняв с нее одежды.

Но вместо этого он стал медленно ласкать шелковистую кожу внутренней поверхности ее бедер. Сабрина вскрикнула:

— Найл!.. Прошу тебя…

Он переместился ниже и опустил голову. Дрожь охватила ее, когда его щетина коснулась нежной кожи между ее ногами. Когда она дернулась в ответ, он нежно сжал в ладонях ее бедра.

— Лежи смирно. Дай мне попробовать твой мед. Она затаила дыхание и не двигалась, пока он ласкал ее.

Он нащупал губами средоточие ее желания, дрожащий пульсирующий бутон, и лизнул его языком, почувствовав скользкую влажность. Ее упругое тело сочилось желанием. Один толчок, и она будет извиваться под ним, готовая взорваться. Но он хотел показать ей другую сторону ее страстной природы, хотел снять все барьеры стыдливости и сдержанности.

Не обращая внимания на протестующее восклицание, он раскрыл ее, раздвинув ее губы пальцами.

— Ты как цветок, Сабрина, нежный и необычайно сладкий.

Все тело ее содрогнулось от предвкушения ласки, когда его губы сомкнулись вокруг нее. Он целовал ее бережно, словно потягивал нектар. Она стонала от наслаждения, вцепившись ему в плечи, но он продолжал дразнить ее, испытывать ее, ласкать нежные складки ее плоти, снова нашел восставший бутон ее желания. Она почувствовала, как его язык входит в нее, и взорвалась.

— О Боже, нет! — стонала она дрожа.

— Да, — настаивал Найл. — Я хочу, чтобы ты извивалась, чтобы твое дыхание стало быстрым и жарким. Чтобы ты обезумела от страсти и от моих ласк.

Ей некуда было скрыться от этой сладкой пытки, да и не хотелось никуда бежать. Каждое движение его языка приближало ее к небесам. Он продолжал пить ее нектар, и когда его язык снова вошел внутрь ее, она хрипло застонала.

— Вот оно! — торжествующе произнес, он. — Я хочу слышать каждый твой вздох, каждый стон…

Она изгибалась, извивалась, подставляя себя его губам. Рыдания душили ее. Сабрина мотала головой, разрываясь от невыносимого наслаждения.

— Я больше не могу…

— Можешь!..

Она изогнулась, подставляя себя ему, и задрожала.

— Дрожи для меня, моя сладкая. Стони для меня. Подари мне твою страсть.

Ослепляющая волна наслаждения сомкнулась над ней, качая ее в своих глубинах. Ничего не осталось, кроме утоленного голода желания.

Она лежала, все еще учащенно дыша, прислушиваясь к тому, как затихает дрожь. Найл приподнялся и стал ласкать губами ее соски. Она снова ощутила возбуждение.

Он не скоро поднял голову. На лице его было написано напряжение.

— Ты все еще разочарована, женщина? — спросил он. Вовсе нет, подумала Сабрина. Все было великолепно. И все же Найл не дал ей ни капли себя, своей души, своих чувств.

— Все было… как полагается, — хрипло пробормотала она.

Он торжествующе рассмеялся, приняв ее колебание за очередную ложь. Нагнувшись, он прошептал:

— Поцелуй меня, моя сладкая, — и овладел ее губами.

Он целовал ее так, как должен целовать любовник: нежно, но властно. Он заставил ее забыть о сердечной тоске. И когда устроился у нее между ног, она очень явственно ощущала, насколько он тверд и велик. Он продолжал целовать ее, когда входил в нее осторожно и бережно, помня о том, сколь новыми были для нее эти плотские утехи.

Сабрина вскрикнула от удовольствия, когда он заполнил ее собой. Она хотела этого мужчину. Ничего не существовало, кроме бешено бьющегося сердца, его магических ласк, кроме его твердости в ней.

Она обхватила бедрами его бедра. Охваченная желанием, слышала его хриплый шепот. И когда он ускорил ритм, она ощутила, как нарастает в ней напряжение, требующее разрядки.

Она пришла к финишу, он не мог больше сдерживаться и потерял контроль над собой. С хриплым стоном он замер, прогнулся и вонзился в нее, выплеснув в нее свое семя. Стиснув зубы и зажмурившись, он дрожал, с восторгом ощущая, как на него накатывают волны наслаждения, сменяя друг друга.

Тяжело дыша, он опустился на Сабрину, едва помня о том, что должен придерживать на весу свое тело, чтобы ее не раздавить. Потом они лежали вместе, и дыхание его было как теплый туман на ее щеке. Он медленно поглаживал ладонью ее обнаженное плечо.

— Я не стал бы называть это разочарованием, — пробормотал он с тихим смешком.

Сабрина, счастливо вздохнув, ответила ему хрипловатым шепотом:

— Признаться, я удивлена. Я думала, не так-то просто возбудить мужчину с таким сексуальным опытом.