Джонатан Дрейк был красив, если можно использовать слово для описания мужчины. Но не в смысле элегантен, хотя одевался он безупречно, более подходящим было определение «мужествен».

Но когда он улыбался вот так, как сейчас, определение «красивый» подходило больше всего.

— Мадам Дюмэ, — первым заговорил Джонатан и поднес к губам протянутую ему руку. — Мы снова встретились. Как замечательно вы выглядите. Свежи, как утренний воздух.

Мадлен неожиданно почувствовала, что краснеет. Ничье присутствие никогда не оказывало на нее подобного эффекта. Гость украдкой бросил взгляд на ее фигуру, но именно этого девушка и ждала, когда все утро готовилась к встрече с ним. Разве он мог поступить иначе? Ведь он мужчина, в конце концов, и его репутация говорила сама за себя.

— Месье Дрейк, как приятно вас видеть. Пожалуйста, садитесь. — Мадлен жестом указала на стулья, затем повернулась к Мари-Камилле, терпеливо ожидавшей у двери, и приказала подать кофе.

Дрейк, удобно расположился напротив Мадлен. Он чувствовал себя совершенно свободно в утреннем костюме серо-голубого цвета, подчеркивавшем цвет его удивительных глаз. Белая рубашка и светло-серый шейный платок были из тончайшего шелка, его угольно-черные волосы выглядели слегка взъерошенными после того, как он снял шляпу и оставил ее на вешалке у входной двери. Джонатан провел рукой по голове, пытаясь пригладить непослушные пряди. Мадлен не могла оторвать взгляд от своего гостя.

— Полагаю, ваше путешествие было благополучным? — наконец спросила она скорее из вежливости, чем из любопытства.

Джонатан слегка поерзал на стуле и сложил руки на коленях.

— Как видите, я здесь, цел и невредим. — Брови Мадлен изогнулись дугой, но так как он больше ничего не сказал, она добавила:

— По крайней мере ваш костюм выглядит великолепно. — Джонатан кивнул в знак согласия, продолжая откровенно разглядывать молодую даму. В эту минуту в комнате появилась Мари-Камилла, неся на серебряном подносе фарфоровый китайский кофейник цвета слоновой кости с инкрустацией из золота. Так как все остальное уже было готово, служанке оставалось только разлить кофе в чашки и поставить кофейник на стол. Так она и сделала, а затем осторожно удалилась, плотно прикрыв за собой дверь.

Мадлен добавила в свой кофе теплое молоко и сахар; Джонатан поднес чашку к губам.

— А как дела дома? — спросила Мадлен, помешивая кофе Джонатан пожал плечами и сделал глоток.

— Все хорошо, полагаю. Кроме одного, что, собственно, и привело меня на юг Франции летом.

Ресницы Мадлен вздрогнули, и она быстро опустила глаза. Чувствуя себя несколько огорченной оттого, что ее гость так быстро перешел к делу, к тому вопросу, который и являлся целью их встречи.

— Полагаю, сейчас вы хотели бы уточнить детали, — тихо сказала Мадлен.

— На ваше усмотрение, мадам, — вежливо ответил Джонатан.

Мадлен подняла глаза и посмотрела на своего гостя, затем лениво отпила кофе. Джонатан внимательно смотрел на нее.

— Я надеюсь, месье Дрейк, что мы станем больше чем просто знакомыми за время вашего визита во Францию, — вкрадчивым голосом проговорила Мадлен и поставила чашку на стол. — Поэтому я буду очень рада, если вы будете называть меня просто Мадлен.

Она хорошо понимала, что может смутить его столь двусмысленным заявлением, и, кажется, так и произошло. Джонатан быстро заморгал глазами, затем совершенно очаровательно ухмыльнулся, поставил чашку на стол и, откинувшись на спинку стула, стал еще более откровенно рассматривать свою собеседницу.

— Польщен, Мадлен. А вы называйте меня Джонатаном. Мы собираемся вместе работать, поэтому соблюдение формальностей может быть весьма утомительным.

Молодая дама очаровательно улыбнулась, полагая, что сидящий напротив нее мужчина отвечает ей взаимностью, выражаясь столь же изысканно, как и она. Ее гость — англичанин, а значит, более уравновешенный мужчина, чем француз. Возможно, дело не в том, что она теряет свою хватку, ей просто стоит выражаться яснее и быть откровеннее.

Подобно крадущейся за мышью кошке, Мадлен медленно наклонилась вперед, поближе к Джонатану, и многозначительно взглянула на него.

— С удовольствием, Джонатан. Если говорить откровенно, я надеялась, что, возможно, мы найдем время, чтобы… вместе отдохнуть. Разумеется, когда работа будет выполнена. — Она чувственно провела рукой вверх и вниз по своим густым блестящим волосам, перекинутым через плечо на грудь. — Уверена, вы получите большое удовольствие от общения с женщиной, которая хорошо знает… как развлечь мужчину. Полагаю, в равной степени я смогу насладиться и вашими чарами.

Джонатан проследил глазами за движениями Мадлен и остановил взгляд на ее груди. Заерзав на стуле, он поспешно отвел глаза в сторону.

Мадлен ожидала, что гостю понравится ее предложение. Он был мужчиной, который любил женщин, и она знала это. Кроме того, как всякая проницательная дама, она сразу поняла, что он находит ее весьма привлекательной. Но теперь ей вдруг показалось, что, хотя Джонатан и восхищается ее красотой, его мысли находятся где-то далеко отсюда. Он чем-то… озабочен.

В конце концов молодой человек снова обратил свое внимание на Мадлен и улыбнулся, его лицо сделалось несколько напряженным и задумчивым, взгляд застыл в одной точке.