— Я ничего не скрывала от тебя. Это просто сплетни. Об этом говорили в Марселе на балу.

— Французские аристократы тайно встретились, чтобы обсудить план убийства их короля, а ты называешь это просто сплетнями?

Натали встала с кровати и, глядя Джонатану в лицо, чувствуя, что начинает тоже злиться, спросила:

— Но почему ты решил, что они попытаются его убить?

Джонатан резко сбросил с себя простыню, и девушка отвернулась в сторону, чтобы не смотреть на него.

— Что значит «сбросить»? Как ты думаешь? Полагаешь, Натали, что они решили вытащить его из кареты и бросить на землю?

Она посмеялась бы над этими словами, если б его тон не был таким холодным. Натали обхватила себя руками и, теребя пальцами рукава рубашки, стала смотреть на обои с розами. Джонатан быстро стал одеваться.

— Мы присутствовали на балу, — попыталась оправдаться Натали. — В таких местах люди склонны много пить и рассказывать всякие небылицы. Я сочла это просто хвастовством несколько подвыпивших джентльменов.

— Но ты это слышала не в зале, где все смеялись, танцевали и пили. — Джонатан резко повернулся к девушке. — Эти мужчины закрылись в библиотеке и обсуждали этот вопрос в частном порядке.

— Откуда тебе это известно? — слегка нахмурившись, спросила Натали.

— Я видел тебя, Натали. Как ты отошла от двери комнаты.

— Ты следил за мной?

Проигнорировав ее вопрос, Джонатан задал свой:

— Мне интересно, на чьей ты стороне?

Она чуть не задохнулась от его дерзости. Как он мог такое думать? Какая несправедливость. Натали решительно повернулась к нему лицом. Джонатан уже почти полностью оделся и застегивал пуговицы на своей рубашке.

— Это жестоко и нелепо, Джонатан. — Он молча стал завязывать галстук.

— Я не знала, — продолжала Натали. — Я даже не думала об этом. Мои предки не имеют к этому никакого отношения. Кроме того, французы всегда вынашивают планы свержения их короля, и по большей части все это оказывается вздором.

Джонатан посмотрел на Натали долгим пристальным взглядом, и она поняла, что ее аргументы оказались довольно убедительными. Затем он повернулся к шкафу и извлек из него пару туфель, подходящих для его наряда, затем сел на край кровати и стал молча их надевать.

— Я собиралась сказать тебе об этом после того, как ты отдал бы мне письма моей матери, — вспылила Натали. — но это должно было случиться вчера.

Она знала, что он обязательно ответит на столь едкое замечание. Джонатан резко вскинул голову и несколько минут в изумлении смотрел на Натали, потом так же молча покачал головой. Вероятно, удар оказался слишком сильным, подумала Натали.

— Эта информация была тем самым подарком, который ты мне обещала за письма? — наконец произнес Джонатан

Натали гордо выпрямила спину, собираясь что-то возразить, но промолчала и устало опустила руки.

— Конечно, — после некоторой паузы произнесла она, нахмурившись. — А что еще я могла дать тебе? Мой веер с ручкой из слоновой кости? Я знаю точно, что тебе не нужна моя камея.

Джонатан как-то странно на нее смотрел и застыл на месте. На мгновение Натали показалось, что он даже перестал дышать. Наконец до нее дошло, какое именно вознаграждение ожидал получить Джонатан. Это открытие потрясло ее.

— Т… ты думал, что я тебе преподнесу себя? — пробормотала она, ее собственный голос показался Натали чужим и неестественным.

Несколько секунд Джонатан сидел не шевелясь, выражение его лица сделалось неуверенным и слегка испуганным. Да, сомнений нет, она правильно поняла его.

Натали охватил гнев, ее руки сжались в кулаки, она с трудом сдержала слезы.

— Ты полагал, что за письма я расплачусь своей девственностью?

Джонатану стало неловко от того, что она отгадала его мысли. Он смущенно провел рукой по лбу, встал и посмотрел ей в глаза.

— Натали…

— Как ты мог подумать обо мне такое, Джонатан как ты мог подумать, что я так поступлю?

— Я не знаю, — грубоватым тоном ответил он. — Просто это казалось логичным.

— Логичным? — Лицо Натали исказилось от боли. — Ты считал, что я расплачусь за твои услуги собой?

— О Боже, не надо воспринимать это именно так. — Джонатан попытался успокоить девушку и подошел к ней.

— Разумеется, ты решил, что я обладаю добродетелями моей матери, — прошептала Натали ледяным тоном.

Джонатан замер на месте, словно громом пораженный.

— Я знал, что ты была девственница, Натали, — тихо проговорил он. — Но также я знал и то, что мы обязательно станем любовниками. Думаю, ты тоже об этом догадывалась. Ты хотела меня. Это очевидно.

— Ты слишком самонадеян, — гневно произнесла Натали. — Я хотела, чтобы ты помог мне. Я думала, что мы друзья.