Джиневра последовала за ним. Она хотела ответить ему, но, взглянув на его лицо, решила промолчать. Она не оглядывалась, преодолевая желание в последний раз посмотреть на дом. Сейчас в ее душе царили гнев и горечь, загоняя тоску и страх вглубь.

– Только не ждите от меня помощи, когда один из этих чертовых котят сбежит и вам придется успокаивать рыдающего ребенка, – произнес Хью, не в силах скрыть раздражения.

– С чего вы решили, что я жду от вас помощи? – искренне удивилась Джиневра. – Лорд Хью, я сама справлюсь со своими дочерьми. Так было всегда.

– А их отец? Он принимал участие в воспитании? – Несмотря на обиду, он с интересом ждал ответа.

– Пиппа была малюткой, когда он умер. А Пен только исполнилось два, – тихо проговорила Джиневра.

– Вы любили его? – не отрывая взгляда от дороги, спросил Хью. Черт, зачем он задает такие вопросы? Какая ему разница? Разве это что-то изменит? Однако ему все же хотелось знать.

– Кажется, меня подозревают в том, что я подстроила его убийство, – усмехнулась Джиневра. – Или в том, что я сама выпустила стрелу? Я забыла.

– Вы любили его? – повторил Хью и на этот раз повернулся к ней.

Вместо ответа Джиневра спросила:

– А вы любили мать Робина?

– Да, – твердо сказал Хью. – Я любил Сару.

– А я любила Тимоти Хэдлоу.

Воцарилось молчание, легкое, наполненное светлой грустью и лишенное сожаления и раздражения. Такое впечатление, озадаченно подумала Джиневра, будто после жаркой ссоры подул свежий ветер.

– Где вы намерены остановиться? – решила она нарушить молчание.

– Там, где мы окажемся поздним вечером, – ответил Хью. – Где-нибудь между Мэтлоком и Эмбергейтом, я думаю.

– Монастырь в Уирксворте когда-то славился своим гостеприимством. Любой путешественник всегда мог найти там приют, – задумчиво проговорила Джиневра. – Это было бы идеальное место для ночлега, если бы люди хранителя печати не сожгли его дотла. И не изнасиловали бы монахинь.

– Будьте осторожнее в своих высказываниях. Всем известно, что Стивен Мэллори принадлежал к римско-католической церкви, – предупредил ее Хью. – Известно также, что он был в сговоре с Робертом Аском. Это только ухудшает ваше положение.

– Действительно, Стивен был знаком с этим человеком. А вот я – нет, – заявила Джиневра. – И как только восстание Роберта Аска стало захлебываться, Стивен отшвырнул Аска, как раскаленный кирпич. Сейчас Аск в тюрьме в Йорке – во всяком случае, я так слышала.

Роберт Аск начал свое «Паломничество» на севере Англии в знак протеста против разгона монастырей. Сначала восстание имело успех, но в прошлом году оно было подавлено католиком герцогом Норфолкским. Жестокость, с которой он расправлялся с теми, кто защищал его же собственную веру, диктовалась инстинктом самосохранения и потребностью доказать верность королю.

– Он будет казнен, – мрачно промолвил Хью. – И его ждет нелегкая смерть. Примите мой совет и не касайтесь этой темы, когда будете в Лондоне. От этого попахивает государственной изменой.

– Убийство, колдовство, а теперь еще и государственная измена! – насмешливо воскликнула Джиневра и безрадостно засмеялась. – В чем еще меня обвинят? Но мне можно отрубить только одну голову, милорд. Может, я сама выберу себе преступление?

Хью не ответил.

При подъезде к Мэтлоку они остановились, чтобы напоить лошадей и позавтракать. Хью ел хлеб с сыром и одновременно вместе с Джеком изучал карту. Он был так увлечен этим, что не заметил, как к нему подкрался серебристый котенок и принялся играть с развязавшимся шнурком от ботинка. Хью переступил с ноги на ногу, и тут раздался душераздирающий вопль – это он наступил котенку на хвост.

– Кровь Господня! – заорал Хью, глядя на зверька. Тот шипел, его шерсть вздыбилась и сделала его похожим на щетку. – Пиппа! – Он схватил котенка за шкирку и поднял высоко над землей.

Пипгщ уже бежала к нему.

– Ой, вот она где! Я так испугалась. Я думала, она потерялась… а ведь я даже не придумала ей имя. Пен назвала своего Мускатом – такое отличное имя. А я все никак не придумаю. Ой, не надо ее так держать, сэр, ей же больно!

– Кошки всегда так носят своих котят, – изображая отвращение, сказал Хью и бросил котенка в подставленные руки девочки. – Если я еще раз увижу этого проклятого кота, я его утоплю!

– Как вы можете?! – Пиппа в ужасе уставилась на него. – Нет, вы этого не сделаете, сэр. – Она прижала котенка к груди.