— Твое спокойствие удивляет меня, Викторина. Я думал, ты выстрелишь. Давай рассуждать здраво. У тебя все еще заряженный пистолет, а у меня Кенна. Похоже, нам есть чем поменяться. Ты согласна?

По щекам Викторины текли слезы, но она не опустила оружия.

— Ты ублюдок, Мейсон.

— Какое оригинальное обращение, — беззаботно заметил он. — Дай мне саквояж, и я скажу вам всем аu revoir [4] .

— Если он тебе так нужен, сам его и возьми. — Кенна не на шутку испугалась за мачеху. Пистолет казался слишком тяжелым для ее слабеньких рук.

— Пусть берет деньги, Викторина, — сказала Кенна. — Какое это имеет значение?

— Ты не права. Как только он получит желаемое, то убьет нас.

— Но его пистолет…

— Мейсон всегда носит с собой нож. Не правда ли?

— Ты так хорошо изучила меня, дорогая, — ухмыльнулся тот. — Разумеется, ведь мы близко знакомы уже много лет. Возможно, ты хочешь, чтобы я рассказал все Кенне?

— Я хочу, чтобы ты перерезал веревки, которыми связал ее.

— Я так не думаю.

— Режь веревки, Мейсон.

Он пожал плечами. Не отрывая глаз от Викторины, он вытащил из сапога нож и перерезал веревки. Однако он не отпустил Кенну, а притянул к себе, прижав кончик лезвия к ее горлу.

— Я выполнил твою просьбу, Викторина, хотя не понимаю, чего ты этим добилась.

Викторина добилась того, что теперь Кенна могла защищаться, что было невозможно со связанными сзади руками.

— Отпусти Кенну, и я дам тебе возможность забрать саквояж.

Мейсон покачал головой:

— И застрелишь меня, когда я наклонюсь над ним. Я еще не забыл, что ты умеешь управляться с оружием, хотя Кенна, возможно, этого не знает. Ты плохо стреляешь на расстоянии — вспомни, как ты промахнулась и вместо Кенны попала в старого браконьера, — но думаю, не промажешь с двух метров.

Кенна вскрикнула, потрясенная до глубины души предательством мачехи. Последние барьеры в ее памяти рухнули. На мгновение закрыв глаза, она увидела то, чего никогда не вспоминала раньше: Викторина подобрала пистолет, который обронил ее отец, за секунду до того, как один из французов разбил фонарь.

— Ты убила моего отца! — обвиняюще закричала Кенна. — Ты убила своего мужа!

Мейсон сжал руку Кенны:

— Неверно. Она убила Роберта Данна, но не своего мужа. — Он дернул подбородком в сторону Викторины: — Скажи Кенне, почему мы были здесь в ту ночь.

Худые плечи Викторины опустились, и пистолет на мгновение дрогнул у нее в руках.

— Я пришла с Мейсоном, чтобы получить весточку о своем муже, графе Дуссо.

— Но… — начала было Кенна и замолчала, когда кончик лезвия сильнее прижался к ее шее.

Викторина, казалось, не заметила ни этого движения, ни того, что Мейсон медленно и осторожно передвигается вместе с Кенной по направлению к саквояжу. Она продолжала говорить тихим бесстрастным голосом:

— Ты думаешь, я была вдовой? Все так считали. Но мой муж был еще жив… Я бы сделала все на свете, чтобы вызволить его… И я так и поступила. Мне сказали, что я могу спасти его, если отправлюсь в Англию и буду там шпионить в пользу бонапартистов. Я приняла предложение Роберта выйти за него замуж, поскольку считала, что так мне будет легче получать информацию. Я не думала, что когда-нибудь смогу полюбить его, но в конце концов это случилось.

— Он любил тебя, — с горечью сказала Кенна. — И той ночью пытался защитить свою жену.

— Знаю. — Викторина опустила глаза. — Он знал обо мне больше, чем я думала. Мало-помалу он понял, чем я занимаюсь, и передавал мне совершенно бесполезные сведения.

Кенна перевела взгляд на безжизненное тело брата. Нужно срочно остановить кровотечение.

— Тогда ты обольстила Ника.

— Да. Ник сгорал от страсти, но я только подшучивала над ним.

— С кем же ты встречалась в летнем домике? — По щеке Викторины скатилась слезинка.

— С Мейсоном, — тихо ответила она. — Моим любовником был Мейсон. Я не хотела этого, но мне не дано было решать. Еще до того, как я отправилась в Англию, Мейсон уже пользовался моим телом. Взамен он обещал, что графа Дуссо не будут пытать. — Она гневно посмотрела на Деверелла. — Однако в отношении моих родителей он ничего не обещал. Они были убиты бонапартистами, а со временем то же произошло и с моим мужем. — Викторина внезапно прервала свои воспоминания и резко выпрямилась. — Не двигайся, Мейсон.

Мужчина замер. Пытаясь сломить сопротивление Викторины, он заговорил о маскараде.

— Твоя мачеха, Кенна, позаботилась о том, чтобы на мне был такой же костюм, как на Нике. Так мы могли отвлечь внимание от меня и бросить тень подозрения на сына хозяина дома. Викторина сказала, что добыла очень важную информацию, и провела меня тайным ходом, который ей показал Роберт, а я подал сигнал на корабль. Но она обманула меня. Ей нужно было лишь узнать о своем муже. Твой отец незамеченным следовал за нами.