Отодвинула стул, встала с видом оскорбленного достоинства. Дмитрий обошел вокруг стола, подошел к ней.

— Соня, прошу тебя. Что за манеры! Мистер Дурасов…

— Ах ты, вечный миротворец!

Вера с Мишей тоже поднялись. Вера взирала на происходящее с непроницаемым выражением лица.

— Пошли, мама. Выйдем отсюда.

Миша взял мать под руку. Дмитрий подал руку Вере. Они вышли из зала. Женщина в гардеробной уже сняла их пальто. Подбежали Мании и Саша.

— Что… — встревожено начал Манни., Дурасов сгреб его за ворот пиджака.

— Ты! — взревел разъяренно. — Пошли со мной. Вы оба!

Он потянул Манни обратно по темному коридору, к офису. Саша понуро побрел за ними.

Глядя им вслед, Миша помог матери надеть пальто. Потом оделся сам. Дмитрий подал пальто Вере. Они пошли к выходу. Вера взяла Мишу за руку.

— Может быть, родители пойдут к машине, а мы с тобой подождем здесь Манни и Сашу?

Она кинула на него многозначительный взгляд.

Несколько секунд Миша задумчиво смотрел на нее. Кивнул.

— Па, отведешь маму к машине? Мы сейчас.

— Конечно, сынок. — Дмитрий взял жену под руку. — Пошли, Соня. Только тихо.

Соня вскинула голову, распрямила плечи и вышла из клуба с поистине королевским видом. На губах ее промелькнула удовлетворенная усмешка, однако она не произнесла ни слова. Огромный, молчаливый, устрашающего вида швейцар в черном кожаном дождевике, с непроницаемым лицом открыл перед ними тяжелую стальную дверь.

Вера обернулась к Мише:

— Может быть, пойти поискать их?

— Можно. Только мне все это очень не нравится, Вера. Иди-ка ты лучше к машине и подожди меня там.

— Нет. Я с тобой. Пойдем вместе.

В этот момент в дальнем конце коридора показались Манни и Саша. Манни прижимал руки к животу. На лице его блестели капли пота. В серых пронизывающих глазах Саши застыло паническое выражение. Они еще не заметили Веру и Мишу.

— Какого черта, Манни! — воскликнул Миша. — Что происходит?

Манни поспешно опустил руки. Сделал попытку улыбнуться. Ничего не получилось. Он достал из кармана снежно-белый носовой платок, вытер пот с лица.

— Пошли, — прохрипел едва слышно. Обернулся к Саше: — Идем.

Оба ринулись к двери. Вера вопросительно взглянула на Мишу. Тот пожал плечами, крепко сжав губы. Обнял ее за талию, повел к выходу, в ночной Бруклин.

Сейчас не время задавать вопросы. Он не собирается пытать Манни и Сашу в присутствии матери. Потом, позже. Да, он их обо всем расспросит потом, когда они останутся одни.

Но это «потом» так и не наступило. На следующий день начались лихорадочные приготовления к отъезду. Составление и изменение графика предстоящих кругосветных гастролей, бесконечные телефонные звонки, сборы, прощания. Он и не вспомнил о том, что собирался поговорить с Манни и Сашей. Тем более что сам страшился услышать ответ на свои вопросы.

Прага

Прага показалась ему волшебной сказкой, чудесным сном, сбывшейся мечтой. Он словно оказался в древних веках. Город, расположенный по берегам Влтавы, соединенный пятнадцатью мостами, завораживал своими прекрасными зданиями, куполами, шпилями и башнями.

Вначале дорога из аэропорта разочаровала Мишу типовыми блочными зданиями, тянувшимися по обеим сторонам. Эти утилитарные жилища рабочих, казалось, переехали сюда прямо из Москвы, из того жуткого района, в котором когда-то их с родителями принудили жить. Какое мрачное напоминание о сорока годах коммунистического правления здесь, в Чехии! Однако как только он увидел сам город, впечатление сразу изменилось. Город остался практически нетронутым. Он прекрасен, в точности такой, как ему описывали.

В аэропорту Мишу встретил молодой человек по имени Карел, посланец Чешского филармонического оркестра. По дороге в город он без остановки говорил о возрождении Праги после падения Берлинской стены и о «бархатной революции».

Миша остановился в прекрасно отреставрированном отеле «Палас». У стойки регистратора его ждал сюрприз — бокал шампанского в подарок от администрации.

— Для пас оставили записку, мистер Левин, — сообщила улыбающаяся девушка за стойкой.

— Спасибо.

Миша взглянул на записку. От Манни. Он прилетел рейсом раньше и теперь вел деловые переговоры. Миша сунул записку в карман. Обернулся к Карелу:

— Спасибо за помощь. С остальным я справлюсь сам. Карел огорченно вздохнул. Он-то надеялся, что сможет поближе узнать знаменитого Майкла Левина.

— Но… как же… вам ведь понадобится гид… переводчик…

— Не обязательно. У меня много работы. Еще раз большое спасибо.

Он, конечно, очень доброжелательный человек, этот Карел, но без посторонних глаз работается гораздо лучше.

— Счастлив был познакомиться, мистер Левин. Если я смогу вам быть еще чем-нибудь полезен, скажите в администрации оркестра. Он повернулся и направился к выходу.