– Против буду я.

Бьянка насмешливо посмотрела на Верджила:

– Нет смысла перевозить все это дважды. Я подожду, пока смогу отправить бумаги в Лондон, к себе на квартиру.

Виконт выдержал ее взгляд.

– У вас нет в Лондоне квартиры, и еще долго не будет.

Бьянка вовсе так не считала, но Верджил этого еще не подозревал.

– Превосходно. Тогда давайте сначала перевезем все это в Леклер-Парк.

Выйдя из дома, Бьянка заметила, что Верджил взял с собой одну из подшивок. В ответ на ее вопросительный взгляд он пояснил:

– Здесь письма моего брата: я взял их на время, чтобы прочесть. Надеюсь, вы не против?

– Нет-нет. – Этот жест тронул Бьянку. Она не ожидала от виконта такой сентиментальности. – Когда скончался ваш брат?

Верджил помог Бьянке взобраться на лошадь.

– Менее года назад.

– Быть может, среди бумаг есть и другие его письма. Мы их найдем, когда перевезем все в Леклер-Парк.

Они пустили коней галопом и только тут заметили, что навстречу скачет белокурый молодой человек, приветственно махая рукой. С искусно завязанным галстуком, в высокой касторовой шляпе и модной куртке, он походил на картинку со страницы модного журнала.

Всадник осадил лошадь и залихватски снял шляпу.

– Мисс Кенвуд, какое счастье снова видеть вас! Останься я в Лондоне днем дольше, и мне бы стало вас не хватать.

При слове «снова» Верджил и глазом не моргнул.

– Вы, должно быть, Найджел Кенвуд, кузен моей подопечной. А я – Леклер.

– Рад знакомству, лорд Леклер.

– Я бы и сам заглянул к вам, если бы знал, что вы в Вудли, а не во Франции. Примите мои извинения.

Найджел улыбнулся Бьянке. Они были немного похожи – те же голубые глаза и золотистые волосы. Довольно привлекательный мужчина, решила про себя Бьянка; вот только есть что-то такое в его лице, что намекает на неуравновешенный характер.

– Я здесь всего неделю. Был занят: разгребал дела Вудли, но теперь жизнь налаживается.

– Тогда вы должны как можно быстрее наведаться в Леклер-Парк. Уверен, дамы будут вам весьма признательны. Новые лица в деревне – такая редкость.

– Благодарю вас, обязательно воспользуюсь вашим приглашением.

Найджел вновь нежно улыбнулся Бьянке, и она ответила ему тем же. Глядя на них, вяло улыбнулся и Верджил: ему показалось, что восторженный взгляд Бьянки задержался на Найджеле дольше, чем позволяли приличия. Благодаря своей проницательности Верджил понял, что она своим поведением вовсе не собиралась ввести его в заблуждение, а лишь пыталась зародить в нем опасения относительно ее пагубного влияния на невинную Шарлотту.

Отклонив предложение Найджела выпить чаю, Бьянка и Верджил отправились восвояси, и всю дорогу он старался держаться рядом с Бьянкой.

– Вы, оказывается, уже встречались с новым баронетом раньше… но мне об этом не говорили.

– Неужели? Действительно, несколько дней назад утром я приезжала сюда верхом, чтобы поближе осмотреть Вудли, и встретила Найджела на улице. Было бы неучтиво не остановиться и не поговорить с ним: ведь он мой родственник.

– Он сам показывал вам Вудли?

«Вы входили в дом? Вы оставались с ним в доме наедине?»

Лицо Верджила сделалось каменным, и это рассмешило Бьянку.

– Да, показывал. Это собственность моего деда, поэтому я с любопытством его осмотрела.

На самом деле Бьянка всего лишь прогулялась по саду, но, подбросив виконту еще одну двусмысленность как повод поразмыслить на досуге, она осталась собою очень довольна.

– Я полагаю, сегодня утром вы как раз намеревались посетить Вудли и побывать в кабинете Адама. Рад, что оказался вам полезен.

На этот счет у Бьянки имелись сильные сомнения: она заметила, что Верджил все время пытался усмотреть какую-то особую подоплеку в ее визите в Вудли в бриджах и рубашке, вероятно, он подозревал, что она знала о возвращении Найджела из Лондона в тот день.

А посему Бьянка заключила, что в общем и целом прогулка удалась.

Возвращаясь домой, они выбрали короткий путь. Почувствовав себя увереннее в дамском седле, Бьянка пустила лошадь галопом через парк и не придержала ее, даже когда въехала в лес. Розовые лучи утреннего солнца проглядывали сквозь ветви деревьев; несущейся со скоростью ветра Бьянке они казались удивительными расплывающимися пятнами.

Засмотревшись на них, девушка потеряла бдительность. Вдруг, бог знает отчего, ее кобыла вдруг резко попятилась и встала на дыбы. Бьянка пыталась усмирить лошадь, но животное, обезумев, закружилось на задних ногах, и тут уже не солнце, а деревья и земля завертелись у нее перед глазами. Бьянка не удержалась в дамском седле и упала навзничь, больно ударившись о землю.

В следующий момент она почувствовала на себе тяжелое тело Верджила, накрывшее ее, и его руки, защищавшие ее голову. Бьянка с негодованием попыталась высвободиться из-под него, и уже открыла было рот, чтобы запротестовать…

Но тут утреннюю тишину разорвал треск. Верджил крепко прижал Бьянку к земле.

– Эй, осторожнее там! – гневно крикнул он в сторону, откуда раздался выстрел, удерживая за поводья лошадей, которые ржали и пытались встать на дыбы.

Бьянке вдруг стало безразлично, что они, должно быть, выглядят смешно, неуклюже растянувшись на земле.