– И что же теперь?.. – Она по-прежнему была невозмутима.

Проклятие! Похоже, он волнуется больше, чем она. А впрочем, ничего удивительного. Ведь это он ошеломлен... А она, наверное, понимала, что ее могут разоблачить, потому и приготовилась заранее.

Куинси сцепила дрожащие пальцы – первый признак нервозности, который он заметил. Что ж, может быть, ему, в конце концов, удалось взволновать ее.

– Спрашиваете, что теперь? Теперь вы собираете ваши вещи, мисс, и уходите. До того, как я пошлю за полицией.

Она пожала плечами и тяжко вздохнула, очевидно, признавая свое поражение.

– Хорошо, милорд. – Ее щеки вдруг снова вспыхнули. – Но, видите ли, я уже потратила весь аванс. Поэтому вам придется подождать, когда я найду другое место и смогу вернуть вам деньги. С вычетом оплаты за сегодняшнюю и вчерашнюю работу, разумеется.

– За работу? – Он искренне удивился. – Мне кажется, вы ничего особенного не сделали.

– Ошибаетесь, милорд. Я как раз собиралась сказать вам, что я обнаружила. Помните те неверные записи, о которых я упоминала? Так вот, я поняла, в чем дело. В данный момент мы сидим на доказательствах...

– Доказательствах чего? – перебил граф.

– Ведь Джонсон, ваш бывший секретарь, вел все ваши счета, верно?

– Да. И что же?

– Он обворовывал вас.

Синклер едва не задохнулся от гнева.

– Обворовывал?! Докажите! Вы можете это доказать?!

Куинси кивнула:

– Да, разумеется. Вот один из примеров. – Она взяла из ближайшей стопки верхний лист и раскрыла гроссбух. – Видите эту квитанцию на бренди? Месье Бове доставил два ящика, но в книге записана оплата за четыре.

– Может, Бове просто доставил два лишних ящика?

– Нет никакой расписки, указывающей на это. Как долго Харпер служит у вас? Ему можно доверять?

– Он служит у нас много лет. Я помню его с детства. Да, разумеется, ему можно доверять. – Синклер с трудом поднялся на ноги. – Но я полагал, что и Джонсону можно доверять. Если вы правы, то неудивительно, что он и его жена так торопились уехать в Америку.

Куинси тоже встала.

– Они уже покинули Англию?

Синклер пристально посмотрел на девушку:

– Какой суммы не хватает? Ведь это всего лишь мелкая кража. – Он кивнул на расписку в ее руке.

– Милорд, это далеко не единственная кража. Ваш бывший секретарь постоянно вас обворовывал, но присваивал мелкие суммы, чтобы вы ничего не заподозрили.

– Проклятие! – Синклер бросился к двери и рывком распахнул ее. – Харпер, я хочу, чтобы проверили...

– Милорд, подождите, – остановила его Куинси. – Пропажа любых вещей, которые Джонсон мог украсть, к этому времени уже была бы обнаружена.

– Не он, мисс Куинси. Горничная, его жена! У нее имелся доступ к столовому серебру, ко всему дому!..

Отдав распоряжения дворецкому, граф закрыл дверь и принялся расхаживать по комнате.

– Негодяй, мерзавец... – бормотал он себе под нос.

– К сожалению, речь идет не только о хозяйственных расходах, милорд. Ведь Джонсон имел доступ ко всему вашему состоянию, разве не так?

Синклер остановился и посмотрел прямо в глаза девушке. Она смело встретила его взгляд.

– Какой суммы не хватает? – спросил он.

– На данный момент? Пока что я могу доказать, что не хватает как минимум десяти тысяч.

– Десять ты...

– Как минимум. Возможно, больше.

Синклер мысленно выругался. Ведь именно сейчас ему так нужны деньги...

– Теперь вы понимаете, что я нужна вам, милорд? – сказала Куинси. – Потребуется время, чтобы разобраться во всех записях Джонсона и точно определить размер ущерба.

Синклер промолчал, а Куинси спросила:

– Как долго он работал на вас?

– Пять лет. А до этого он служил у моего отца. – Синклеру вдруг показалось, что он ужасно устал. Со вздохом усевшись на диван, он пробормотал: – За столько лет Джонсон мог присвоить... очень много.

– Я бы на вашем месте не стала гадать и постаралась бы определить точный размер ущерба, – с невозмутимым видом заметила Куинси.

Синклер молча смотрел на девушку, собиравшую с пола стопки бумаг. Несколько минут спустя она надела свой плащ и вытащила из кармана поношенные перчатки. Затем, даже не взглянув на него, направилась к двери.

– Сколько времени потребуется, чтобы проверить все записи Джонсона? – спросил Синклер и тут же отчитал себя за малодушие – он ведь твердо решил, что откажется от услуг женщины-секретаря.