– К вам это… не имеет… ни малейшего… отношения.

Крепкие руки легли ей на плечи, и Алиса тихонько ойкнула.

Граф развернул Алису лицом к себе и поглядел ей в глаза тем пронзительным взглядом, который уже не раз приводил ее в смущение.

По телу ее пробежала сладкая дрожь, и Алиса неожиданно для самой себя подумала, что если бы он прямо сейчас еще раз поцеловал ее, она была бы безмерно счастлива.

– Я хочу, чтобы вы сказали мне прямо. Вы собираетесь принять предложение герцога Эксминстера?

Пальцы его впились в ее плечи с такой силой, что Алиса вздрогнула от боли.

– Пенелопа… попросила меня… это сделать… чтобы она не нуждалась.

– И вы согласились?

– Нет! – воскликнула Алиса. – Я не могу… выйти за него… замуж, и я об этом… ему… написала.

Пальцы графа разжались. Он отпустил Алису.

– А когда Пенелопа выйдет замуж, что вы собираетесь делать? – спросил он.

– Вернусь… домой и буду жить… с папой.

– Вы считаете, так будет лучше? В конце концов Эксминстер не единственный мужчина в мире, хотя сомневаюсь, что вы получите более выгодное предложение.

– Я не могу… выйти замуж… за нелюбимого… человека. Я должна его… прежде полюбить… так, как Пенелопа…

– А почему вы думаете, что такой человек не встретится на вашем пути?

У Алисы перехватило дыхание.

Интересно, что сказал бы граф, узнай он о том, что такой человек ей уже встретился и она уже полюбила, пылко, всем сердцем, на всю жизнь.

– У меня… будет… все… в порядке, – пробормотала она.

– Я вас спрашиваю не об этом.

Алиса молчала, и, подождав немного, граф спросил:

– Почему вы отказались стать женой герцога Эксминстера?

Вопрос был простой, и Алиса тут же ответила:

– Я его… не люблю.

– А откуда вам это известно?

Алиса недоуменно взглянула на графа: как можно спрашивать такие глупости!

Но он смотрел на нее таким странным взглядом, что краска бросилась ей в лицо.

– Когда вы впервые пришли в мой дом и я вас поцеловал, – сказал граф, – вы были очень невинны и очень неопытны. Я совершенно уверен, что тогда вы почти ничего не знали о мужчинах, и еще меньше – о любви.

– Это… правда, – пробормотала Алиса.

– А теперь вы без тени сомнения заявляете, что не любите одного из самых завидных женихов в Англии. Откуда вы это знаете?

Алиса беспомощно всплеснула руками.

– Отвечайте же! – настаивал граф.

– Мне трудно объяснить, – пролепетала Алиса. – Мне не хочется… чтобы он… дотрагивался… до меня. А если это… произойдет… я совершенно точно знаю… что не буду испытывать таких чувств… как тогда, когда…

Алиса спохватилась и замолчала, но граф договорил за нее:

– … как тогда, когда я вас поцеловал, – сказал он и обнял ее.

Алиса тихонько ахнула, но не отстранилась.

– Может быть, проверим, будет ли наш второй поцелуй таким же чудесным, как первый?

Не дожидаясь ответа, он прижался губами к ее губам, и, почувствовав прикосновение его губ, Алиса тотчас же поняла, что все это время ждала этого поцелуя и боялась, что никогда больше ей не доведется его испытать.

В груди ее нарастала знакомая и восхитительная теплая волна. Поднимаясь все выше, она достигла шеи, потом губ.

Казалось, граф увлек Алису куда-то ввысь, в небо, и они, держась за руки, уносятся прямо к звездам.

Алису сотрясала сладкая дрожь, острая, словно боль.

А граф прижимал ее все крепче, пока Алиса не почувствовала, что вот-вот потеряет сознание. Это было слишком чудесно. Ей казалось, что она умерла и попала прямо в рай.

Оторвавшись от ее губ, граф хрипло спросил:

– Такой любви вы хотите?

Алиса была настолько изумлена и ошеломлена, так счастлива, что, сама не сознавая, что говорит, пробормотала:

– Я… люблю вас… и никогда… не вышла бы… замуж… за другого.

Граф вновь приник губами к ее губам, и Алисе, опять взлетевшей на небеса от счастья, захотелось остаться там навсегда.

Прошли мгновения – а быть может, минуты, кто знает, – и граф, взглянув в ее сияющие глаза, на алые губки, опухшие от поцелуев, нетвердым голосом произнес:

– Как ты красива! И кто-то должен тебя оберегать!

Алиса испугалась, что он сейчас повторит свое предложение и замерла. Содержанка!

Граф угадал ее мысли и рассмеялся негромко: