Шрифт:
Вне всякого сомнения, ему и в голову не приходило, что что-то не так.
– Ты разве не счастлива?
Она нахмурилась.
– Нет. Не слишком. Все произошло слишком быстро.
Мартин не придал ее словам никакого значения.
– А что ты хочешь? – зевнул он. – Я последние сутки, по сути, не вылезаю из самолета. Я не супермен.
«Вот тут ты не ошибаешься», – подумала Венера Мария с горечью.
Венера Мария терпеть не могла, когда ей что-то не нравилось в постели с мужчиной. Она чувствовала себя униженной, ей казалось, что ею просто пользуются. Секс должен быть медленным, ленивым и приносящим удовлетворение.
Плохой секс напоминал ей отношения ее братьев с соседскими девчонками. Они потом приходили в их старый дом в Бруклине и плача жаловались, как с ними плохо обошлись.
Совершенно очевидно, братья полагали, что судьба женщины на земле – убирать, готовить, быть оттраханной и молчать.
Очаровательные чудовища.
Общение с ними укрепило решимость Венеры Марии стать сильной женщиной, способной на все.
И она стала современным секс-символом, что сводило ее братьев с ума.
Она вскочила с постели и решительно направилась в ванную комнату, захлопнув за собой дверь. Черт бы побрал Мартина. Он что, каждый раз нуждается в шелковых шарфах и двух шлюхах?
Наверное, Куперу Тернеру не требуется никакой реквизит. Уж он-то в постели мастер высшего класса. Что ж, за годы у него накопилось достаточно опыта, не так ли? Мистер Казанова. Голливудский Дон-Жуан.
Она бы не хотела переспать с ним. Ни за что! Еще начнет сравнивать. У него за эти годы перебывали самые красивые женщины в мире.
Ах… Зал славы Купера Тернера. Венера Мария не собиралась стать экспонатом в его коллекции трофеев.
Когда она вернулась в спальню, Мартин спал. Он лежал на бону и громко храпел.
Возможно, она не совсем к нему справедлива. Путешествие длинное, и он устал.
Она свернулась калачиком около него и закрыла глаза. Но потребовалось сорок пять минут, прежде чем ей удалось уснуть.
63
Лаки улетела в Лос-Анджелес только с Боджи. Ленни так и не появился, а гордость не позволила ей позвонить самой. Если он хочет, чтобы все кончилось именно так, пусть так и будет.
«Смотри правде в глаза», – сказала Лаки себе. Она купила студию для Ленни, а ему на это наплевать. Он воспринял ее поступок как унижение его мужского достоинства, или какую муру он еще там нес? Почему нельзя просто расслабиться и обрадоваться?
Войдя в свою квартиру в Нью-Йорке после ссора с Ленни, она тут же позвонила Джино и рассказала о его реакции.
– Я пытался предупредить тебя, детка, – вздохнул он. – Я предчувствовал, что он именно так себя и поведет.
– Почему ты так говоришь?
– Да потому, что с мужчинами всегда так. Можно купить ему свитер или галстук, но студию… Господи! Ну как мне тебе объяснить?
– У него абсолютно старомодные взгляды. Не собираюсь с этим мириться, – упрямо заявила она. – Я так рада, что купила студию. И он должен быть рад.
– Ну и что ты собираешься делать, детка?
– Оставить Ленни в Нью-Йорке, пока он не перестанет дуться.
– Прекрасное решение.
– А что еще я могу сделать?
– Прийти к взаимному согласию? – предложил он.
– Слишком поздно. Он должен сделать следующий шаг.
По правде говоря, такое чисто мужское отношение Ленни обидело и удивило Лаки. Именно он должен был понять ее. Она никогда не претендовала на роль послушной жены, сидящей дома и рожающей детей. Он всегда знал, что она любила идти на риск. Потому он ее и полюбил.
А теперь Ленни действует по принципу «ты – баба, я – мужик». Все равно как если бы он прямо сказал: «Если не забеременеешь, я тебя брошу». У них есть Бриджит и Бобби. Вполне достаточно для семьи на данный момент.
Да пошел он, этот Ленни Голден.
У нее еще вся жизнь впереди.
Из аэропорта Боджи доставил ее прямиком в дом в Малибу-Бич.
Мико встретил ее приветственным поклоном.
– Очень рад, что вы вернулись, мадам.
Приятно возвращаться. Она чувствовала себя сильной. Непобедимой. Готовой совершить чудеса.
В воскресенье вечером приехал Мортон Шарки, и они провели несколько часов, занимаясь делами студии. Столько планов предстояло осуществить. Нанять новых людей. Решить, что делать с фильмами, находящимися в производстве. Кого оставить, а кого выгнать.
Позже, когда Мортон уехал, она вышла на причал посмотреть на море. «Все будет в порядке, Сантанджело», – пообещала она себе, глубоко вдыхая свежий ночной воздух.
Та часть жизни, которую она прожила одна, доказала ей, что она может с этим справиться. Она еще всем покажет. И если Ленни не захочет к ней присоединиться, она сделает это одна.