Бриджит засмеялась.

– А сколько лет брату?

– Двадцать три. Он чересчур привлекателен, от чего один вред. Все гоняется за богатыми женщинами и деньгами. Именно в этой последовательности. Я уж пыталась спасти его душу. Можешь поверить мне на слово – дело бесполезное.

Бриджит мгновенно заинтересовалась.

– От чего спасти его душу?

– От выпивки, кокаина и баб. Он – настоящий неудачник, но я его люблю.

– Мне хотелось бы иметь брата, – задумчиво вздохнула Бриджит.

– Я поделюсь с тобой своим, если ты пообещаешь помочь мне спасти его душу, – предложила Нонна.

– А как я могу это сделать?

– Выходи за него замуж. У тебя столько денег, что он непременно будет счастлив.

Обе захихикали. Такие забавные разговоры доставляли им удовольствие.

Остальные девушки своего отношения к Бриджит не изменили.

– Плюй на них и все, это они от зависти, – как-то раз заметила Нонна по дороге в город.

– Почему? – спросила Бриджит Ей было невдомек, почему кто-то мог ей завидовать.

– Потому что ты хорошенькая и у тебя большая грудь! – пошутила Нонна. – Убийственная комбинация.

Бриджит было приятно, что Нонна находит ее хорошенькой. Но они обе понимали, что дело вовсе не в этом, а в деньгах. Деньги являлись непреодолимым барьером, отделяющим Бриджит от остального мира.

– Что этим летом делать собираешься? – задала вопрос Нонна, когда они направлялись по тропинке к автобусной остановке.

– Какое-то время придется провести с бабушкой. Потом я поеду к отчиму и его жене в Калифорнию. Они сняли дом в Малибу-Бич. А ты?

Нонна подкинула ногой камешек.

– Часть времени в Монтане, у нас там дом. Скучища. В Малибу, наверное, веселее.

– Эй, у меня блестящая идея. Поедем со мной? – неожиданно для самой себя предложила Бриджит. – Ленни и Лаки возражать не будут, точно, они – просто блеск!

– Ленни – это Ленни Голден, – заинтересовалась Нонна, подняв брови, – а Лаки – это Лаки Сантанджело?

– Она теперь Лаки Голден, – поправила Бриджит.

– Да что ты! Тогда совсем другое дело!

Бриджит рассмеялась.

– Ну как?

– Да разве могу я отказаться от приглашения познакомиться с живой кинозвездой? – сказала Нонна. – Ленни Голден потрясающий мужчина.

Бриджит улыбнулась.

– Он ничего себе.

Нонна с удовлетворением вздохнула.

– Пожалуй, клевая идея. Но тебе сначала придется пожить у нас. Познакомишься с Полем, моим братом. Вот здорово! Может, даже выйдешь за него замуж. Ну сделай мне это маленькое одолжение. Убери его с моей шеи навсегда.

Бриджит поддержала шутку.

– Разумеется. Почему бы нет? Для друга – все, что угодно.

Обе рассмеялись.

– Завтра же позвоню Ленни, – пообещала Бриджит.

И впервые за долгое время она почувствовала, что ей есть чего ждать от завтрашнего дня.

– Ах, Ленни, ты такой холодный. Ну почему ты так холодно ко мне относишься? Что я не так сделала?

Мариса всем телом навалилась на него, а женщина она крупная. Длинные ноги и руки, огромные груди, толстые мокрые губы и чрезмерно активный язык, который Мариса засовывала ему в рот каждый раз, когда приходилось целоваться перед камерой.

Нет ничего хуже любовных сцен, особенно если партнерша тебе неприятна, а Ленни Голдена и Марису Берч разделяла каменная стена. Он не уважал то, что, по его мнению, она собой представляла, – фальшивый блеск и так называемое очарование шоу-бизнеса. Не говоря уже о том, что она трахалась с Недом Магнусом и умудрялась найти время для амурных дел со своей дублершей Хильдой, такой же амазонкой с большими сиськами.

Съемочная группа наслаждалась бесплатным зрелищем. На Марисе, барахтающейся под простыней с Ленни, не было ничего, кроме узкой полоски ткани телесного цвета. Она получала удовольствие, демонстрируя себя, и ее раздражало, что не удается завести и Ленни. Мариса привыкла, что при взгляде на нее все мужики немедленно начинали пускать слюни. Ее беспокоило, если мужчина не реагировал на ее столь очевидные прелести.

– Мариса, нам нужно закончить сцену, – терпеливо сказал Ленни, стараясь не замечать торчащего соска в опасной близости от своего лица. – Нужно играть. Ты не забыла, что ты актриса?

Дело происходило на натурных съемках в спальне роскошной виллы, притулившейся высоко над обрывом.

– Радость моя, когда я занимаюсь любовью, я никогда не играю, – призналась Мариса, отмахнувшись от костюмерши, собравшейся было прикрыть ее вызывающие формы между дублями.

– Давайте повторим, – распорядился Злючка Фрипорт, направляясь к своим звездам для переговоров. – Ленни, предполагается, что ты получаешь удовольствие. Девка голая. Так давай действуй, черт побери. – Он повернулся, чтобы выплюнуть большой ном табачной жвачки в желтую посудину, вовремя подставленную его молодой помощницей.