Не желая раскрывать свой маскарад, Лаки воздержалась от ответа, хотя понимала, что с этой женщиной она прекрасно поладит.

Венера Мария встала, зевнула и потянулась.

– Что ж, пора назад, снова засучивать рукава. Я – на съемочной площадке, если он решится со мной поговорить. Может позвонить мне в гримерную или попозже домой. Просто скажите ему, что это не тот сюжет, который мы обсуждали. Женщина в этом сценарии – жертва, а эта крошка никаких жертв играть не собирается.

Лаки от души радовалась. На студии «Пантер» Венеру Марию ждет большое будущее. Уж она об этом позаботится.

Когда Лесли вернулась домой, Эдди неприкаянно бродил по дому. Он не ходил на студию уже три дня. Выглядел осунувшимся, мешки под глазами, небритый.

– Где ты пропадала? – недовольно спросил он.

Лесли не знала, должна ли она ему говорить, что ее вызывал Микки Столли, или нет. Однако решила, что лучше признаться честно.

– Гм… я ходила к Микки Столли, – проговорила она, снимая куртку.

Эдди немедленно взорвался.

– Какого черта ты там делала?

– Он меня сам вызвал, – терпеливо пояснила она.

– А если он попросит тебя сделать ему минет, ты тоже согласишься?

Она прошла на кухню.

– Эдди, не будь дураком.

– Прекрати говорить со мной так, будто я полное дерьмо. Ты идешь к Микки, а мне об этом не говоришь. Потом ты возвращаешься и пытаешься отговориться. Какую игру тызатеяла, Лесли?

Она посмотрела на мужа широко открытыми глазами.

– Мы ведь в беде, правда, Эдди?

– Беда? – огрызнулся он. – В какой же мы беде, радость моя?

Лесли взяла чайник и начала наливать в него воду.

– Микки говорит, что мы в беде. Он сказал, ты должен много денег.

Эдди продолжал ходить взад-вперед.

– Ах, он сказал, что я должен деньги, так? Давай послушай меня, крошка. Студия должна деньги. Они за это отвечают. Он во всем этом завяз так же глубоко, как и я. И ему оттуда не выбраться.

– Микки сказал, ты должен миллион долларов.

– Зачем он тебя в это втянул? – рявкнул Эдди.

Лесли покачала головой.

– Наверное, думает, я могу помочь.

Эдди злорадно расхохотался.

– Помочь? Ты? Кого он пытается обмануть?

Лесли обиженно взглянула на него.

– Может, и могу. – Она не желала сдаваться.

– Да ладно, детка, мы же о миллионе баксов говорим, не о десяти центах. Проснись.

– Что ты собираешься делать?

Эдди покачал головой.

– Пока не придумал. Но, как бы то ни было, Микки так егко не отделается. Студия заплатит и не моргнет, так зачем валить все на меня?

– Эдди, – начала Лесли нерешительно, – Микки говорит, у тебя проблема с наркотиками. Говорит, надо что-то делать.

Эдди снова взорвался.

– Какую гнусную игру он затеял? Не его это дело, черт побери. Ну, потребляю я кокаин помаленьку. Великое дело, мать его.

– Не помаленьку.

– Эй, эй, на ком это я женился, на матери Терезе?

– Просто хочу тебе помочь.

– Я скажу тебе, как ты можешь помочь. Заткнись и оставь меня в покое. Идет?

Она огорченно кивнула.

– Идет.

Уорнер дома не оказалось. Микки не мог поверить, что он проехал весь путь до ее квартиры зря. Они договорились о свидании накануне по телефону, а нарушать слово было не в духе Уорнер. Он долго нажимал кнопку звонка, затем, пнув со злостью несколько раз дверь, спустился в подземный гараж. Забрался в «порше» и завел мотор.

Микки Столли предпочитал встречаться регулярно. Уорнер ему хватало, но она должна быть на месте, когда у него в ней возникает потребность.

Из машины он позвонил Форду Верну. Форд часто говаривал, что не верит в любовные связи, а предпочитает платить за любовь. Микки рассмеялся ему в лицо.

– Платить бабе? В этом городе?! – воскликнул он. – Да в Лос-Анджелесе бесплатных баб пруд пруди.

Форд ответил спокойно и рассудительно.

– Когда ты платишь, Микки, ты точно знаешь, что получаешь. Они не потребуют роли в твоей картине. Не захотят стать частью твоей жизни. Не попросят, чтобы ты их свозилна Гавайи, целовал их везде или делал подарки. Они делают то, что хочешь ты. Идеальный вариант. Секс без чувства вины и точно по твоему желанию.