После смерти тетушки двойняшки остались одни. Адвокат, представлявший интересы тети Глории, устроил так, чтобы они остались жить в том же доме по соседству, а Макс с Тиной стали их опекунами по завещанию.

Майкл к тому времени нашел себе небольшую квартирку и переехал. Он решил, что бессмысленно пытаться вернуться под крыло Вито Джованни, когда деньги можно и в другом месте заработать. И взялся за работу. После нескольких удачных операций, предложенных Гасом, он был принят в одно из подразделений мафиозной семьи Луччезе.

Кроме того, он наконец позвонил по телефону, переданному Карлом Эджингтоном. Ответила женщина.

— Меня зовут Майкл Кастеллино, — начал он. — Я звоню по поручению Карла Эджингтона…

— Как раз вовремя! — перебила женщина. — По телефону ничего обсуждать не будем. Встретимся завтра в четыре часа у входа в «Плазу».

— Как я вас узнаю?

— Я вас сама найду.

Так и вышло. Женщину звали Уорнер Карлайл, и она была редкостной красавицей — высокая, с темно—рыжими волосами, очень уверенная в себе. К своему изумлению, Майкл узнал, что она — любовница Карла Эджингтона. А также хранительница его наличности — миллиона долларов в немеченых купюрах, о которых ничего не было известно арестовавшим его полицейским.

— Карл хочет отмыть эти деньги, — объяснила она, — но сам он это сделать, естественно, не может. Так что он предлагает тебе начать вкладывать их на бирже. Из десяти процентов и не торопясь.

— А если я вложу их неудачно?

— Исключено. Я буду передавать тебе определенные суммы и инструкции от Карла. Это беспроигрышное дело.

— А с чего бы ему мне доверять?

— Карл не так прост, как тебе кажется. Если ты его подставишь, он подставит тебя так, что мало не покажется. Будешь делать, как он велит, — все останутся довольны.

Так Майкл и сделал и теперь имел регулярные поступления, и немалые.

Черт! Надо же было переспать с этой Бет! И всего—то одну ночь… Это была большая ошибка. Но ошибку совершил он, ему и расплачиваться.

— Сдай кровь на анализ, — сказал он, приняв наконец единственно правильное решение. — Если ребенок от меня — я на тебе женюсь.

— Еще чего! — Девушка в негодовании выпятила нижнюю губку. — Я еще слишком молода, чтобы отдавать себя в жертву семье, и уж тем более — заводить ребенка. Нет, Майкл, я избавлюсь от ребенка, а ты заплатишь.

У этой девчонки характер был покрепче, чем у него.

— Нет, — отрезал он. — Абортов я не признаю.

— А кто тебя спрашивает—то? Это уже было слишком.

— Ты слышала, что я сказал? — вспылил Майкл. — Никаких абортов.

— В мои планы не входит получить такое ярмо в семнадцать лет, — сверкнула глазами Бет. — Если хочешь знать, я собираюсь стать модельером. Самым известным и самым лучшим.

Школу она уже бросила и теперь ходила на занятия в какой—то институт моды. Что ж, по крайней мере у нее есть цель в жизни — чего не скажешь о большей части женщин, с которыми он встречался. Те хотели только одного: заполучить на палец золотое кольцо.

Майкл всегда считал, что супружество — золотое кольцо в нос по крайней мере раньше он так думал. А сейчас он предлагает Бет руку и сердце — и что же? Девчонка отказывается. Невероятно!

Сидя с Максом в ближайшем баре за пивом, он поведал другу о ситуации.

— Чертовщина! — выругался тот. — Зачем ты к ней полез? Ей же всего семнадцать! Мало тебе девок? Ну и наделал дел!

— Да, ты прав, это было глупо, — согласился Майкл. — Но она сама вечно напрашивалась.

— И ты не устоял?

— Выходит, так.

— Ну и как она в койке? — Макс хитро прищурился.

— Пошел вон! — нахмурился Майкл. — Ты прекрасно знаешь, я никогда не обсуждаю женщин, с которыми сплю. Лучше послушай меня. Я не позволю ей избавиться от моего ребенка.

— А что ты сделаешь? — усмехнулся Макс. — Привяжешь ее к кровати?

— Попроси Тину с ней поговорить. Может, когда родит, проснется в ней материнский инстинкт. Так, кажется, у них происходит?

— А мне откуда знать? — Макс сделал большой глоток. — Будь умнее, отправь ее на аборт.

— Нет, Макс, это неправильно. Что, если бы речь шла о Гарри или Сузи?

— Хорошо-хорошо, я понял.

— Так как? Поговоришь с Тиной?

— Конечно. Но предупреждаю: моя милашка-жена съест тебя с потрохами. Останешься без яиц.

— Пускай. Надеюсь, ей понравится.

— Ах ты, грязный, мерзкий кобель! — бушевала Тина. — Как ты мог тронуть девочку своими загребущими ручищами? Майкл пожал плечами:

— Ты права, не следовало мне к ней приближаться. Поверь, я сам теперь жалею.

— И есть о чем! — Тина смерила его гневным взглядом. — Как ты не понимаешь? Мы же с Максом за этими девочками смотреть должны! Охранять от старых развратников вроде тебя.