Сгорая от жара его тела, Бринна вдруг осознала, что этот человек действительно воин. И если уж она решилась на опасную игру соблазнения, то должна быть готова противостоять силе его рук, бешеной атаке страсти, которая им управляла, и выносливости, которая всегда приносила ему победу. Она должна это сделать. Она влюбилась в него и намерена добиться ответной любви.

– Вы уже сражались с Дюмоном и победили. Теперь бросаете вызов его дочери. Но хотя мы встретимся на другом поле битвы, уверяю вас, что проигравшим будете вы.

Осторожно высвободившись из его объятий, Бринна отошла, но потом все-таки оглянулась, чтобы насладиться состоянием покинутого ею мужа. Брэнд следил за ней, его сверкающие глаза медленно пожирали ее тело, Он потер кончики пальцев, вспоминая прикосновение шелка. Жена затеяла с ним очередную игру, но в этот раз она проиграет. Он улыбнулся при мысли, каким будет поражение. Догнав Бринну, он подхватил ее на руки и направился к лестнице.

– Что вы делаете? – воскликнула она, испуганная его силой и голодным блеском в глазах.

– Битва началась.

– Отпустите меня! Люди смотрят! Брэнд…

Она смотрела на него, моля не унижать ее перед гостями, но взгляд мужа был суров, требователен и ненасытен.

– Вы играете в опасные игры, леди, и возбудили мое любопытство. Я надеюсь, вы сможете пережить свой вызов.

Пережить? Зачем он это говорит? Не зашла ли она слишком далеко? Она столько раз мечтала о нем после того, как увидела его на озере, совершенно раздетым, с улыбкой ангела в греховном экстазе. Но тогда он был с любимой женщиной. А к ней, хотя она его жена, он не испытывает ничего похожего. Может, Брэнд собирается наказать ее за игру, о которой она не имеет представления? Она прикусила нижнюю губу, озабоченная затруднительным положением, в которое себя поставила.

– Вы испугались? – прошептал Брэнд. В глазах плясали искорки насмешки.

– А должна? – Он кивнул. – Я никогда…

– Знаю. – Пинком открыв дверь, он внес ее в свою комнату и остановился перед огромной кроватью. – Вам подходит такое поле битвы? Или хотите что-нибудь поскромнее?

Он показал на толстую медвежью шкуру, лежавшую возле пылающего очага. Бринна сглотнула, оба места выглядели одинаково пугающими. Да, она зашла слишком далеко, обещая удовольствия, которые не знала, как доставить. Он будет раздражен, нетерпелив и возьмет ее без всякой нежности. Она столько раз думала об этой минуте с ним, она была уверена, что знает, как это делается. А теперь, когда она видела перед собой огромную кровать, ждущую страстной битвы, и толстый ковер, согретый пламенем очага, когда его руки сжимали ее тело, Бринна чувствовала, что ее охватывает паника. Она взглянула на мужа, ища поддержки. Но увидела в его сине-зеленых глазах только желание.

– Так где, Бринна?

– Я… я…

– Тогда место поскромнее, – решил Брэнд, делая три шага к медвежьей шкуре и, как новорожденного младенца, опуская жену на роскошный мех.

Потом направился к маленькому сундуку в другом конце спальни, мимоходом бросив плащ на кровать. Он присел на корточки, что-то ища в сундуке. Несмотря на панику, Бринна невольно залюбовалась мужем. А вдруг он и в самом деле никогда ее не полюбит? Эта мысль напугала ее даже больше, чем Холодная страсть Брэнда. Ей захотелось убежать из комнаты. Нет, вызывающе подумала Бринна. Она позволит мужу наполнить ее, нежно, медленно, как он делал в ее мечтах. Она распустила шнурки мантии, которая атласной дорожкой упала к ее ногам.

Видимо, найдя, что искал, Брэнд выпрямился, снова повернулся к жене и замер. Она стояла перед очагом, и мерцающий отблеск пламени обрисовывал все изгибы ее тела под тонким шелком. Он судорожно вздохнул.

– Ты прекрасна.

Когда Брэнд подошел, она подумала, что сейчас он сорвет с нее платье. Но к удивлению Бринны, его пальцы, нежные, как вздох, скользнули по ее шее, он убрал в сторону волосы и с томительной лаской поцеловал ее в затылок. Почувствовав на шее что-то холодное, она бессознательно поднесла руку к горлу как раз в тот момент, когда Брэнд застегнул короткое изумрудное ожерелье.

– Что это? – выдохнула она.

– Свадебный подарок. – Он повернул ее лицом к себе, затем отступил на шаг, чтобы полюбоваться своим подарком. – Но ваши глаза все-таки зеленее.

Бринна прикоснулась к его черному локону, свисающему на лоб.

– А мне вам нечего подарить.

– Есть, – возразил он, кладя руку ей на талию.

– Брэнд. – Она сделала глубокий вдох. – Я хочу…

– Что? Чего вы хотите?

– Я хочу вам понравиться.

Это была правда, но она собиралась и не могла сказать, что хотела его любви. Она должна завоевать ее, как он завоевал Эверлох, победив Ричарда.

– Вы мне понравитесь, Бринна. Для меня удовольствие даже просто смотреть на вас.

Он с жадностью приник к ее губам, все крепче сжимая в объятиях, его язык быстро двигался взад-вперед у нее во рту. С каждым соблазнительным толчком Бринна все больше слабела. Он заявлял на нее права своим ртом, любовным покусыванием, он дарил ей наслаждение таким необыкновенным образом, что минуту назад она даже не сочла бы это возможным.

– Я люблю тебя, – прошептала Бринна.

Он замер, и она выругала себя за то, что в порыве страсти открыла ему тайну сердца.