Наконец двое пожали друг другу руки – типичный жест английских джентльменов, пришедших к согласию.

– Доброй ночи, мистер Хардинг. Если возникнут какие-то проблемы, звоните.

Тот что-то пробормотал в ответ и бросил взгляд в сторону машины Тома. Пиппа застыла в ужасе, но в следующий миг водитель зашагал прочь, и Пиппа с облегчением перевела дух.

Том со вздохом уселся за руль.

– Не повезло. Я сам виноват – в самом деле, слишком быстро ехал. – Он завел мотор, настороженно прислушался к его звуку. – Будем надеяться, что его автомобиль не очень пострадал.

– Ты что-нибудь разглядел?

– Одно крыло у него помято, но это легко починить. У меня пострадала передняя дверь. Что ж, могло быть и хуже.

– Мы могли погибнуть, – проговорила Пиппа, не сводя глаз с удаляющегося мужчины, чьи густые темные волосы ерошил ветер.

Да, им повезло. Все могло бы обернуться гораздо страшнее. Волнение сменилось опустошенностью; Пиппу охватили слабость и головокружение. Больше всего ей хотелось сейчас остаться одной дома, подумать о случившемся, осознать, какой опасности она чудом избежала.

Несколько минут спустя Том припарковался у коттеджа и поцеловал ее.

– Доброй ночи, милая. Забудь об этом неприятном инциденте и отдыхай спокойно. – Нахмурившись, он вгляделся ей в лицо. – Что-то ты притихла. Ты на меня не сердишься?

– Что ты, конечно, нет. Просто очень устала.

– Да еще и переволновалась, – добавил он. – Спокойной ночи, милая. До понедельника.

Пиппа вышла из машины, помахала Тому рукой и вошла в дом. Едва она включила свет, как пушистый меховой клубок пронесся мимо нее на кухню.

– Ах ты обжора! – проворчала Пиппа, идя за котом. – Я, между прочим, с ног валюсь. Думаешь, мне сейчас хочется возиться с твоим ужином?

Но Самсон уже сидел у холодильника, и его роскошный черный хвост подрагивал от нетерпения. Он знал, что прошлым вечером Пиппа и Том ужинали цыпленком, и понимал, что остатки ужина Пиппа сохранила для него.

Пиппа понимала, что кот от нее не отвяжется, достала из холодильника остатки цыпленка, положила в кормушку, подлила в поилку свежей воды. Кот мгновенно принялся за еду.

Поднявшись к себе в спальню, Пиппа сбросила одежду, натянула зеленую ночную рубашку, сняла макияж и умылась. Расчесывая волосы перед зеркалом, заметила, что по лицу ее разлилась непривычная бледность, а расширенные зрачки странно блестят.

Шок, решила Пиппа. Поспешно отойдя от зеркала, она выключила свет и нырнула под одеяло.

Пиппа любила свой тесный старый дом. Пусть ему недостает современных удобств и комфорта, пусть на выплаты кредита уходит почти все ее жалованье – неважно: ведь это ее первый собственный дом. Дом, который принадлежит ей, и только ей.

В детстве, переходя из одной приемной семьи в другую, Пиппа страстно тосковала по нормальной жизни – налаженной, размеренной, спокойной. И, наконец, мечта ее осуществилась. После замужества она рассчитывала остаться здесь, тем более что Тому не нравилось его нынешнее жилье – квартира в огромном доме, полном крикливых ребятишек и соседей, вечно включающих телевизор на полную громкость.

Как удобно, что после свадьбы они станут жить здесь! – сонно думала Пиппа. Они уже все распланировали: выплаты за дом возьмет на себя Том, расходы на еду – Пиппа. Возможно, им удастся откладывать деньги, а время от времени даже отдыхать в каких-нибудь экзотических местах!

При этой мысли Пиппа улыбнулась в темноте. Она никогда еще не была за границей – и мечтала куда-нибудь съездить.

Глаза ее уже смыкались, как вдруг перед мысленным взором вспыхнула картина, заставившая ее вздрогнуть и сесть на кровати: пронзительный визг шин, ремень безопасности, больно врезавшийся в тело, красный спортивный автомобиль поперек дороги, выходящий из него человек...

Сердце отчаянно забилось, кровь застучала в висках. Пиппа зажмурилась. Нет, нет, об этом думать не стоит, надо забыть. Выбросить из головы. Но как такое могло случиться? И почему именно сейчас, за неделю до свадьбы? Судьба порой играет с нами странные шутки.

В ту ночь Пиппа не смогла уснуть до рассвета. Собственный мозг ополчился против нее и раз за разом возвращал ее к сцене аварии. Мучительно медленно текли часы, и голова Пиппы наливалась тупой болью. Ее бросало то в жар, то в холод, она вертелась и ворочалась в постели под равнодушное тиканье часов.

Только под утро она, наконец, провалилась в тяжелый сон – лишь для того, чтобы с трудом разлепить глаза, когда будильник, поставленный на девять, вырвал ее из забытья.

Приняв душ, Пиппа надела джинсы и белую футболку и спустилась вниз, чтобы приготовить кофе.