Синеглазов протянул паспорт – само собой, без всяких отметок о судимостях и с московской пропиской. В паспорт он предусмотрительно вложил визитную карточку, из которой явствовало, что Синеглазов А.П. является директором охранной фирмы «Тигр».

– Зачем в наши края пожаловали? – поинтересовался капитан.

Синеглазов придвинулся к нему поближе и доверительно зашептал:

– Да вот, ребяток ищу. Они тут денежки одному боссу задолжали. Денежки немалые. Босс попросил ребяток отыскать. Их трое, все молодые, по виду – московские. Два мужика и баба.

Синеглазов следил за реакцией капитана.

Кажется, тот напрягся? Да, пожалуй, ему удалось попасть в точку.

Синеглазов потянулся забрать у капитана паспорт. Между пальцев он зажимал стодолларовую бумажку.

Капитан умело перехватил купюру. Значит, готов отработать сто баксов.

– На этих троих пришла ориентировка. Наш экипаж гнался за ними, – вполголоса сказал он. – Судя по всему, они на полной скорости свернули на проселочную дорогу...

В пулковском «обезьяннике» задержанных не оказалось.

– Кто их переводил? И почему без моего ведома? – грозно спросил Петренко у дежурного.

Молоденький сержант замялся:

– Я... только что заступил. Это... без меня.

Петренко подошел к нему вплотную. У него было сильнейшее желание схватить сержанта за грудки и тряхнуть как следует.

– Где они? Говори быстро.

Сержант покраснел и потупил глаза:

– Их выпустили час назад. Москва приказала.

Синеглазов вернулся к джипу и взялся за спутниковый телефон.

БП внимательно его выслушал и дал указания – как всегда, простые и ясные.

Ну и ну! Москва приказала отпустить двух, судя по всему, главных действующих лиц!

Петренко чувствовал себя оглушенным. Как будто где-то рядом разорвался снаряд и его накрыло взрывной волной. Кричать? Скандалить? Только с кем? С несмышленым сержантом?

Петренко вернулся в свой временный кабинет в помещении оперативных служб аэропорта, который ему выделили пулковские милиционеры.

Ворвался повеселевший после столовки Васькин и протянул оперативное донесение – фигуранты по делу о рейсе 2315, двое мужчин и женщина, судя по всему, наконец-то вышли из леса. И наследили под Горовцом. Причем наследили так, что местная милиция рвет, мечет и готовится к страшной мести.

Да, далековато они забрались. Ребятам явно кто-то помогал. Интересно, кто?

Но Петренко никак не мог сосредоточиться. «Зачем они это сделали? – терзался он. – Зачем и кто приказал отпустить задержанных?»

Он услышал в коридоре какой-то шум и послал на разведку Васькина – что там еще?

Васькин отсутствовал недопустимо долго – почти полчаса. Вернулся он подавленным:

– Кротов Андрей Юрьевич, один из вчерашних задержанных, обнаружен в туалете аэропорта. Без признаков жизни.

– Убит?!

– Похоже, он повесился. Сам повесился.

– Я отстаю от них по меньшей мере на два часа, – подытожил вслух Синеглазов.

Марк и Золик не ответили. Синеглазов сам приучил их молчать, если не спрашивают. Но сейчас ему хотелось, чтобы они хоть как-то прореагировали, не сидели бы тут молча, как бараны. Правда, что они могут сказать? Какую-нибудь очередную глупость? Все равно принимать решение придется ему. И спрашивать БП будет с него.

Какие у него преимущества? Он знает их в лицо и знает их машину. Их ищут – и милиция, и люди БП. А он чист, за ним никто не гонится, да и пусть попробует погнаться... Его машина более скоростная. И более надежная. Но все равно – преимущество в два часа – это более чем достаточно.

Синеглазов спросил Золика, сидевшего за рулем:

– С какой скоростью ты можешь ехать по проселочной дороге?

– Какой дороге? – Золик еле сдержал зевок. Они с Марком уже подустали – сидели за рулем с раннего утра и почти весь день.

Синеглазов принял решение:

– Выметайся! Живо!

Золик удивленно глядел на него и не двигался с места.

– Ну, кому я сказал! Освободи место! Пойди покемарь на заднем сиденье.

Марк и Золик недоуменно переглянулись: ну и дела! Шеф хочет вести сам! Интересно, умеет ли?

Синеглазов заметил, что с места аварии наконец уехала последняя милицейская машина. О случившемся напоминала только всеми покинутая разбитая «девятка».

Он подстроил под себя зеркало заднего вида и рванул с места так, что взвизгнули покрышки. Марк с Золиком восхищенно переглянулись.