Не желая осложнений с Советским Союзом, бывшим союзником Великобритании по антигитлеровской коалиции, английское правительство передало Кулишера каирским властям, а египтяне упрятали беглеца в лагерь для интернированных иностранцев.

Что же заставило Ш. Радо бросить свои личные вещи в гостинице и бежать в английское посольство январским утром 1945 года? Радо, умудренный опытом человек, испугался, что в Москве за провал резидентуры его строго накажут. Советское посольство в Каире добилось выдачи Ш. Радо и 2 августа беглеца доставили в Москву, где его арестовали сотрудники «Смерша». В декабре 1946 года Ш. Радо был осужден на 10 лет лишения свободы. Руководство военной разведки не смогло помочь одному из лучших своих резидентов. После смерти И. Сталина, в ноябре 1954 года Шандор Радо был освобожден из заключения и выехал в Будапешт. В 1956 году Военная коллегия Верховного суда СССР вынесла определение об отмене постановления Особого совещания и закрыла уголовное дело Шандора Радо «за отсутствием состава преступления». В 1972 году Главное разведывательное управление принесло Шандору Радо извинения за то, что была допущена серьезная ошибка в оценке результатов его работы. Он был награжден орденом Отечественной войны I степени.

После войны Ш. Радо стал доктором географических и экономических наук, профессором Будапештского университета, начальником отдела Государственного управления геодезии и картографии Венгрии, председателем Географического комитета Венгерской академии наук. Его знали и уважали географы СССР, США, Великобритании, Франции, Германии и других стран.

Шандор Радо много раз приезжал в Москву, поддерживал творческие отношения с ведущими советскими картографами, был награжден орденом Дружбы народов.

Начальник 1-го отдела 1-го управления военной разведки полковник Иван Большаков в субботу 12 сентября завершил подготовку плана работы отдела на четвертый квартал 1942 года. План получился четкий, конкретный и, как всегда, трудновыполнимый. Большаков свел в единое целое указания, поступившие от Генштаба, запросы из наркоматов, работающих на оборону страны, задания летчиков по выявлению военных объектов на территории Германии, просьбы Наркомата химической промышленности и уполномоченного по науке Государственного Комитета Обороны о добывании сведений о германском атомном проекте.

В подчинении Большакова было 12 офицеров. Среди них – полковой комиссар Л. Эпштейн, военинженер 2-го ранга К. Леонтьев, майоры В. Коновалов и Н. Трусов, старший лейтенант Виктор Бочкарев, незаменимый переводчик, который знал немецкий язык, как русский.

Среди помощников Большакова была и одна женщина – капитан Мария Полякова, опытный разведчик, она хорошо знала Германию, Швейцарию и другие западные страны: несколько лет перед войной она работала в Берлине и в Женеве на нелегальном положении.

Перед отделом Большакова стояли большие задачи. Сотрудники отдела должны вести разведку вооруженных сил Германии, добывать сведения «о детальных планах и намерениях германского командования, непрерывно освещать группировки и передвижения германских войск, выявлять резервы противника и районы их сосредоточения». Для этого необходимо было активизировать работу резидентур во Франции, Швейцарии, Англии и в некоторых других европейских странах. Это можно было сделать, хотя Большаков хорошо понимал, что руководители этих разведорганизаций и так делают все от них зависящее.

Для реализации плана разведработы нужно было расширить разведсеть, которая могла бы увеличить количество сведений, добываемых о Германии и ее вооруженных силах. Для этого планировалось создать новую агентурную сеть в Германии, Польше, Чехии и Словакии, а также в Швейцарии.

В условиях войны постоянно требовались точные сведения о «планах и намерениях германского командования». Эту задачу определил Генштаб. Зная намерения противника, советское командование могло заблаговременно подготовить и нанести по его группировке неожиданный контрудар, правильно организовать свою оборону и даже изменить ход операции стратегического значения. Особенно важно было в ближайшее время получить сведения о замыслах немцев в районе Сталинграда и на Кавказе. Но как это сделать?

Перед подчиненными полковника Большакова стояла и другая, не менее важная задача – узнать о тайных дипломатических комбинациях военно-политического руководства фашистской Германии. Сталин хотел точно знать – решатся ли Япония и Турция выступить на стороне Германии против СССР. Положение на Восточном фронте было критическим. Москва уже знала, что министр иностранных дел Германии Риббентроп убедил немецких генералов, что Япония в 1942 году начнет войну против СССР. Если это произойдет, Сталинград не удержать.

Большаков и его подчиненные планировали организовать заброску новых разведчиков в Германию, Польшу и Чехию. Эти специально обученные люди должны создать новые агентурные группы, способные полностью обеспечить Центр разведданными о противнике. Необходимо было восстановить связи с разведгруппами, созданными военной разведкой в Берлине и Бухаресте накануне войны.

В июне 1941 года прервалась связь с резидентурой «Альта», добывавшей ценные сведения о положении в Германии и Польше, их вооруженных силах и экономическом потенциале. Все попытки восстановить эту связь ни к чему не привели.