Акт о сдаче-приеме Наркомата обороны СССР утверждал И. Сталин. Возможно, читая этот документ, вождь впервые понял, что репрессии практически полностью уничтожили военную разведку, о которой он в 1937 году сказал: «Это наши глаза, это наши уши».

К государственным секретам имеют доступ особо доверенные и проверенные лица. Как правило, они относятся к представителям правящих кругов, вращаются в высшем свете, знакомы с президентами, министрами и представителями крупного бизнеса. Благонадежность этих лиц проверяется службами безопасности на протяжении всей их жизни.

Все разведки ведут поиск своих агентов в первую очередь среди представителей высшего света иностранных государств. Такие лица имеют доступ к важным государственным и военным секретам. Высокосветская разведка является делом первостепенным, трудным и дорогим.

В случае успеха разведка получает доступ к тщательно охраняемым секретам иностранного государства, которые могут оказывать влияние на судьбы не только отдельных народов или целых континентов, но и всего мира.

Накануне Великой Отечественной войны советская военная разведка добилась исключительных успехов в своей работе и имела доступ к высшим государственным секретам фашистской Германии, Японии, Румынии, Польши и некоторых других стран.

Рабочий день капитана Николая Зайцева начинался, как и у всех работников Разведупра, в девять утра и заканчивался в девять вечера. Зайцев готовился в новую специальную командировку в Германию. Это была первая причина его отзыва из отпуска. Вторая связана с решением советского правительства, в соответствии с которым в Берлин предстояло доставить семь тонн советского золота. Это золото предназначалось для развития советско-германских торгово-экономических отношений. Зайцев, работавший в Берлине сотрудником советского торгпредства, по решению Наркомвнешторга СССР вместе с представителем Госбанка должен был сопровождать груз до Берлина. Такого поручения никогда не выполнял ни один советский разведчик. Так что Зайцев собирался выехать в очередную специальную командировку не с железной, а с золотой легендой.

Когда Зайцев прибыл в Москву и явился в Разведуправление, располагавшееся на Гоголевском бульваре, майор Ляхтеров объяснил ему ситуацию и передал для изучения дело агента «Арбина».

– С этим человеком тебе работать не придется, – сказал майор, – но ты должен знать о нем все, потому что в Берлине тебе предстоит познакомиться с его друзьями. Для того чтобы руководить ими, необходимо понять, как это делал «Арбин».

– А что случилось с «Арбиным»? – спросил Зайцев.

– С ним все в порядке, – ответил майор. И добавил: – Через месяц он будет в Москве. Но тебе встретиться с ним не удастся. Ты уже будешь в Берлине. Так что внимательно читай его донесения из Варшавы. Что будет не понятно, не стесняйся, спрашивай. «Арбин» работает с нами с 1930 года. Сделал очень много. Ты все это прочтешь. Однако в первую очередь советую изучить донесения по группе «Арбина», которые поступили в Центр в июле и августе этого года. – Майор передал Зайцеву папку, в которой было около сорока страниц.

– Кто работает с «Арбиным» сейчас? – спросил Зайцев.

– В Варшаве с ним поддерживает связь полковник Александр Каталов. Его псевдоним – «Альбер». Работает он хорошо и грамотно. Обрати внимание на его отчеты о встречах с «Арбиным». Они тоже в этой папке.

Майор вышел, а Зайцев стал внимательно изучать донесения «Альбера» и «Арбина», которые поступили в Центр 22 июля 1939 года.

«Альбер» – Директору [3] .

21 июля провел вечеринку с «Арбиным». На встречу вышел по плану. За время путешествия по городу проблем не было. «Арбин» пришел на вечеринку вовремя. В конце встречи обменялись передачами. По вашему указанию вручил ему известную сумму на расходы группы. Очередная вечеринка назначена на 1 августа в 19.00 в сквере на улице Гурницкого. Срок действия сапога «Арбина» истекает 18 августа, он просил напомнить об этом Директору. Одновременно «Арбин» заявил, что обстановка становится непредсказуемой и он считает, что пора бы организовать музыку. Он готов учиться в этой области. Чувствует себя хорошо. Хвостов за собой не наблюдает.

«Альбер».

Для Зайцева в этом на первый взгляд не совсем понятном сообщении было все ясно. «Альбер» сообщал Директору о том, что очередная встреча (вечеринка) с «Арбиным» прошла успешно. «Арбин» передал добытые им и членами его группы документы. «Альбер» вручил источнику указания Центра и деньги на расходы. «Арбин» просил о продлении срока действия его паспорта (сапога) и, в связи со сложной обстановкой, предлагал начать подготовку линии радиосвязи разведгруппы с Центром. Он сам соглашался быть и резидентом, и радистом.

Изучив отчет «Альбера» о встрече с источником, Зайцев стал внимательно читать донесение «Арбина».

«Арбин» – Директору.

«Ариец» работает активно. При получении материала, обозначенного «Ариец-1», произошел следующий случай. Материал был передан германским военным атташе его шефу [4] . «Ариец» взял этот материал со стола посла, скопировал его и не успел возвратить обратно. В это время военный атташе попросил посла возвратить этот секретный документ. Посол не нашел документ на своем столе, заволновался и попросил «Арийца» расследовать это дело и допросить технического работника посольства, который отвечает за получение почты и передачу документов среди сотрудников посольства. «Ариец» сообщил послу, что материал, который он ищет, находится на его «Арийца» столе, куда он был положен одним из курьеров вместе с другими материалами. Затем «Ариец» провел расследование, которое не дало результатов. У посла не возникло абсолютно никаких подозрений по отношению к «Арийцу».