— Если ты не делала этого, мама, значит, это сделал кто-то другой. У тебя есть какие-то предположения на сей счет?

Барбара прикрыла полотенцем рот и покачала головой. Эрин опустилась на табурет.

— У меня должны были сохраниться негативы. Я немедленно отпечатаю с них новые фотографии, все без исключения.

— Но что это изменит? — спросил Коннор.

— Мне плевать! Нужно что-то предпринять, чтобы полегчало на сердце. Извини, мне надо выйти. Я скоро вернусь.

Она вновь оставила его наедине с Барбарой. Коннору показалось, что его живьем поджаривают на тлеющих углях, насадив на шампур. Обменявшись угрожающими взглядами, словно боксеры на ринге, они какое-то время молчали. Наконец Коннор спросил:

— Вы, случайно, не замечали следов взлома на замках?

Барбара покачала головой.

— А ваша охранная система в порядке? Вы давно ее проверяли?

— Да, все нормально, — уверенно ответила Барбара. — Я регулярно осматриваю замки и включаю охранную сигнализацию.

— А кому еще, помимо вас, известен секретный код?

— Я сменила его, когда арестовали Эдди. Нынешний код знаем только мы с дочерьми. Кстати, замки я тоже поставила новые.

— Странно…

— Вы думаете, я сошла с ума?

Коннор пристально взглянул ей в глаза, подумал и сказал:

— Нет, я не считаю вас сумасшедшей, миссис Риггз. Тут дело в чем-то другом…

— Вот как? — осевшим голосом переспросила она.

— Разумеется! — твердо сказал Коннор. — Мне доводилось общаться с сумасшедшими. Вы на них не похожи. Несомненно, вы напуганы, подавлены, утомлены. Однако с психикой у вас все нормально. Следовательно, вам морочит голову человек, обладающий огромными возможностями.

Барбара вздрогнула и хрипло спросила:

— Новак?

— В первую очередь я подозреваю его, — сказал Коннор.

— Но ведь до недавнего времени он содержался в строго охраняемой тюрьме!

— И тем не менее я остаюсь при своем мнении. Имея такие деньги, как у него, можно многое себе позволить. А он затаил обиду на вашего супруга. И, что существенно, Новак безумен. От всего происходящего в этом доме просто воняет безумием.

— Выходит, кто-то хочет внушить мне, что я схожу с ума?

— Не совсем так, — сказал Коннор. — Кто-то задался целью свести вас с ума. Потому и был использован трюк с телевизором. Вам, вероятно, это не известно, миссис Риггз, однако новейшие электронные устройства позволяют перенастроить телевизор таким образом, что становится возможным управлять им на расстоянии.

— Это Эрин рассказала вам о тех ужасных видеозаписях?

— Давайте поступим так: попросим одного моего приятеля, эксперта в этой области, осмотреть ваш телевизор. Сам я, к сожалению, профан в технике. Вы согласны, Барбара?

— Все это звучит так странно… Как если бы мы пытались разгадать загадку НЛО или тайну убийства Джона Кеннеди. Эта история смахивает на заговор параноиков.

— В самое яблочко! Именно это я и подразумевал, утверждая, что такое могло прийти в голову только безумному Новаку! — воскликнул Коннор с нескрываемой радостью.

Барбара помолчала, прищурившись, и все-таки спросила:

— Да вы сами-то нормальны? Только параноик способен с восторгом говорить о таких жутких вещах.

С трудом подавив гнев, Коннор внезапно подумал, что пора проанализировать все странные происшествия, случившиеся с ним самим за минувший год. Выстраивалась любопытнейшая логическая цепочка: предательство Эда, гибель Джесса, его собственная травма и кома, ночной звонок неизвестного в гостиницу, необъяснимое появление Габора Лукаша в подозрительном черном внедорожнике, преследовавшем их с Эрин на магистральном шоссе.

— Вам известно, миссис Риггз, что я был полицейским. И вы знаете, чем это обернулось для меня. Скажите, разве можно упрекать меня после этого в излишней подозрительности.

Барбара уставилась в чашку, признав справедливость его слов.

Понимая, что он пытается убедить в своей правоте не столько собеседницу, сколько самого себя, Коннор с жаром продолжал:

— В подобной ситуации нужно доверять инстинктам, иного не дано. Если не полагаться на интуицию, можно лишиться последней опоры и очутиться в вакууме.

Барбара ссутулилась и кивнула:

— Как точно вы определили мое нынешнее состояние! Я ощущаю себя песчинкой, заблудившейся в космосе.

— Добро пожаловать в реальный мир, миссис Риггз! — язвительно сказал Коннор.

— Благодарю вас, — вздрогнув и заморгав, машинально произнесла она.

Рискуя нарушить наладившееся между ними хрупкое согласие, Коннор спросил:

— Когда вам впервые показали порнографическую видеозапись по телевизору эти шутники, миссис Риггз?

Барбара пожевала губами, стараясь вспомнить точную дату, но память подвела ее, и она ответила: