Но ожидание было слишком мучительным. Чем бы ни занималась Жаклин, как бы она ни пыталась отвлечь себя, единственное, чего ей хотелось, это кричать: «Где ты? Что они с тобой сделали? Прошу тебя, прости, прости меня за то, что я заставила тебя совершить это!»

К полудню она почувствовала такую сильную головную боль, что, отдав сестер гувернантке, поднялась в свою спальню, задернула шторы и бессильно упала на кровать. «Мадемуазель, я всегда буду возвращаться к вам», — вспомнила она слова, которые Арман сказал ей, оставляя ее одну в номере дешевой гостиницы в Париже. Эти простые слова прозвучали так, словно являлись клятвой. Он спас ее от гильотины, вывез из страны, он хотел, чтобы она жила, и ее жизнь являлась пощечиной республиканскому правительству.

Ей нельзя было отсылать его обратно, словно обычного делового человека, работающего за деньги. Как она не догадалась, что двигало им в действительности? Какой делец согласится обменять свою жизнь на одну ночь с женщиной? Теперь, когда Жаклин вспоминала эту ночь, тепло его тела, его ласки и его боль, ее глаза наполнялись слезами. Она поняла, что в ту ночь он затронул ее душу, заставил чувствовать то, чего она не хотела чувствовать ни тогда, ни сейчас.

— Будь ты проклят, — прошептала она в темноте, не в силах сдержать потоки слез, которые стекали по ее щекам на подушку. — Будь ты проклят.

Громкий стук в дверь вырвал ее из тревожного сна.

— Жаклин, — услышала она бодрый голос, — ты спишь?

Она медленно открыла глаза. В комнате было совершенно темно. Уже ночь, подумала Жаклин, не зная, сколько часов проспала.

Она с трудом поднялась и села на кровати.

Дверь распахнулась, и на пороге появилась Лаура со свечой в руках.

— О, Жаклин, ты не представляешь, что произошло! — радостно защебетала она. — Он вернулся, с ним все в порядке. Он сейчас здесь, в библиотеке, беседует с папой.

— Он… здесь? — недоуменно переспросила Жаклин, не веря своим ушам.

— Да! — радостно воскликнула Лаура.

Арман вернулся, но как ему это удалось? Услышанное казалось невероятным.

— Пойдем скорее, — торопила ее Лаура, дрожа от нетерпения. — С ним случилось ужасное несчастье, но он спасся. Только мысль о тебе давала ему силы бороться. Не правда ли, все это так романтично!

Жаклин посмотрела на Лауру как на сумасшедшую.

— Он сказал, что думал обо мне?

— Да! Пойдем скорее вниз, и он сам все расскажет тебе.

Жаклин уже совершенно проснулась и вся дрожала от возбуждения. Она вскочила с кровати и понеслась вниз по лестнице, обогнав Лауру. Ее волосы растрепались, но она не обращала на это внимания. Арман вернулся! Он жив и приехал к ней. Она бежала к библиотеке, сгорая от желания увидеть его, прикоснуться к нему, услышать звук его голоса.

Рывком распахнув дверь, Жаклин вихрем влетела в комнату, и тут же ее взгляд натолкнулся на того, кто стоял возле сэра Эдварда и вежливо смеялся над какой-то шуткой.

Волна разочарования накатила на нее с такой силой, что она потеряла способность говорить и пустыми глазами смотрела на мужчину в расшитом серебром бирюзовом камзоле, кружевной рубашке, синих штанах, белоснежных чулках и черных туфлях с бриллиантовыми застежками.

Маркиз де Бире медленно повернул к ней свою увенчанную тщательно завитым париком голову. Призвав на помощь все свое самообладание, Жаклин едва сдержалась от того, чтобы не крикнуть: «Где Арман? Почему ты приехал без него?»

Франсуа-Луи смотрел на нее несколько озадаченно; он явно не ожидал увидеть свою невесту в таком виде. Его оценивающий взгляд прошелся по ее растрепанным волосам, опухшим глазам и измятому платью. Да, она выглядела совсем не так, как при их последней встрече шесть месяцев назад. Тогда маркиз пришел сообщить ей о том, что ближайшие несколько месяцев они не смогут видеться из-за его занятости. Жаклин не возражала, так как у нее самой было много забот. Когда герцог был казнен, Франсуа-Луи тоже не смог прийти, но он прислал ей милое письмо, в котором, выражая искренние соболезнования, советовал сохранять мужество и самообладание. Он приписал также, что тяжело болен и не может навестить ее, так как лежит в постели.

— Что с тобой? Надеюсь, ты не больна? — Франсуа-Луи поднес ее руку к своим губам.

— Нет, — ответила Жаклин, пытаясь успокоиться. Возможно, убеждала она себя, Арман тоже скоро появится.

— Вот это хорошо, — с облегчением вздохнул Франсуа-Луи. — Сэр Эдвард и леди Харрингтон рассказали мне, что ты очень переживала за меня в последние дни. Теперь ты можешь быть спокойна. — На его лице появилась довольная улыбка.

— Я рада, маркиз, что вы живы и здоровы, — сказала Жаклин. — Но что с Арманом?

— Постой, — перебил ее сэр Эдвард, — давайте сперва попросим маркиза рассказать нам о том, как он сумел сбежать от этих ужасных революционеров. Жаклин, дорогая, садись там. — Он указал на стул подле леди Харрингтон.

Франсуа-Луи встал напротив камина лицом к своей немногочисленной аудитории.

— Как вы уже знаете, меня арестовали вскоре после побега Жаклин и посадили в тюрьму. Это было так ужасно! Зато Жаклин и ее сестры находились в безопасности. Я знал, что вскоре предстану перед трибуналом и буду казнен, но Господь был со мной, и я смирился со своей судьбой.