– Как ты думаешь, они могут развестись? – серьезно поинтересовался Тим. Лицо у него было встревоженным.

– Господи, надеюсь, что нет, – хмыкнула Джо. – Ты думаешь, что мать сможет жить одна? Ей же некого будет пилить. Она же тогда станет постоянно торчать у нас и доводить еще хуже, чем сейчас.

Джо пыталась сгладить шуткой тягостное впечатление от всего, что случилось сегодня, но в глубине души боялась не меньше брата. Ведь, по идее, это был такой возраст, когда родители должны были бы уже притереться друг к другу и радоваться жизни, избавленные от стрессов на работе и родительских обязанностей. А вместо этого они вели себя сегодня, как молодая парочка накануне развода.

– Знаешь, Джо, это выглядит куда серьезней, чем просто сложный период в семейной жизни. Ты заметила, с какой ненавистью отец смотрит на мать? Он сегодня не смог сдержаться даже при детях, – не успокаивался Тим.

Джо поставила пустую кружку на журнальный столик, встала и потянулась.

– Не переживай, это просто Рождество, – уверенно сказала она, надеясь успокоить взволнованного брата. – Уверяю тебя, прямо сейчас люди по всей стране точно так же ссорятся, потому что провели вместе целый день в предпраздничных хлопотах, устали от криков возбужденных детей, общения с друзьями, родственниками и перемыли горы грязной посуды. Это выбивает из привычной колеи, согласись.

– Ты права, – кивнул Тим, соглашаясь. – Я недавно читал статью о том, что самое большое число заявлений на развод подается в первую неделю после Рождества.

Они замолчали. Тим переключал каналы, пытаясь найти что-нибудь интересное, а Джо листала журнал «Космополитэн». Она обнаружила там статью с названием «Как пережить Рождество». В ней сообщалось то же самое, что говорила она, и прилагалась статистика, которую привел Тим.

– Вот смотри, это как раз то, о чем мы с тобой рассуждали. Санта-Клаус правильно делает, что появляется только раз в году, иначе человечество бы просто вымерло, – сказала Джо.

Тим улыбнулся и ткнул пальцем в телевизионную программу на столе.

– Смотри, сейчас будет мультик. Посмотрим и пойдем спать?

Джо вспомнила сегодняшний звонок подруги. Рози позвонила под вечер поздравить их с праздником и повеселила Джо рассказом о том, как прошло Рождество в ее семье. У нее были очень старенькие дедушка с бабушкой, придававшие семейным сборищам комедийный оттенок. Бабушка Вайолет сегодня громко прохрапела весь фильм «Мост через реку Квай». Проснулась только один раз, посмотрела одним глазом на экран и заявила: «Живучая нация эти японцы». А глуховатый дедушка Джек, простывший сегодня, весь ленч рассказывал анекдоты, всеми родственниками за долгие годы уже выученные наизусть, и при этом оглушительно чихал.

– Мы сначала притворились и немного посмеялись для приличия, – рассказывала Рози. – Но не тут-то было. Он вошел во вкус и стал рассказывать весь репертуар по второму кругу. И просто взбесился, когда на тридцать пятом анекдоте никто не засмеялся, потому что в этот момент говорили о чем-то интересном. Он обозвал нас всех «унылыми задницами», громко чихнул и тут же захрапел.

Джо улыбнулась, вспомнив праздничные впечатления подруги, и неожиданно Рождество в доме Майлзов перестало казаться ей таким уж мрачным. Она улыбнулась, предвкушая, как расскажет Рози о вилках с морковью в руках матери и отца. И как отец смачно ел ненавистную ему вареную морковь.

– Папа и мама не будут разводиться, – успокоила она Тима, когда они досмотрели старый мультфильм. – Они просто поиграют друг у друга на нервах, спустят немного пар, и все войдет в привычную колею. Все будет хорошо.

– Надеюсь, ты права, – сказал Тим, зевая. Он встал и посмотрел на себя в зеркало. – Ладно, как актер на отдыхе я очень нуждаюсь в покое.

– Иди спать, ленивец, спокойной ночи. И серьезно, не расстраивайся. Вот увидишь, к Новому году родители уже перестанут воевать, и все пойдет по-прежнему.

Поднимаясь по лестнице к себе в спальню, Джо скрестила пальцы на удачу. В Рождество все должно сбываться.

В девять тридцать вечера, когда Джо подходила к дому Конора и Тима, вечеринка была в самом разгаре. На довольно пустынной и темной улице громкая ритмичная музыка и взрывы смеха были слышны издалека. Все окна в доме ярко светились.

Джо опоздала на целый час из-за собственной нерешительности. Никак не могла выбрать, что ей надеть на вечеринку. Она перемерила все свои наряды, но остановилась все же на палочке-выручалочке всех женщин – маленьком черном вечернем платье с узкими бретельками. Оно очень шло Джо, так как подчеркивались красивой формы плечи, длинная шея и оставалась видна ложбинка между высокой грудью. А длина чуть выше колен выставляла напоказ длинные ноги. Рози в юности считала, что с такими ногами и фигурой ей следовало идти в манекенщицы. Конечно, Джо немного располнела в бедрах по сравнению с теми временами, но маленькое черное платье потому и любимо женщинами, что скрадывает недостатки фигуры. Джо надела сверху вишневого цвета кашемировое пончо и повесила на плечо маленькую вечернюю сумочку на длинном ремешке. Волосы крупными, беспорядочными локонами обрамляли лицо, придавая ей легкомысленный вид и делая моложе лет на десять.

– Черт возьми, ты фантастически выглядишь! – завопил Тим, впустив ее в дом и рассмотрев в ярко освещенном холле. – Жаль, что мы не можем стать любовниками, потому что мы брат и сестра и старейшины племени этого не одобрят, – громко сказал он, делая ей рекламу. Перед гостиной стояла кучка его друзей-актеров, которые теперь с интересом разглядывали Джо и улыбались. Тим снял ее пончо и набросил на перила. – Как всегда, весь народ толпится на кухне, боясь хоть на секунду отойти от выпивки и закусок, – пожаловался брат и повел ее в сторону длинной узкой кухни.