— Убейте их! Они виноваты во всем!

— Вы направили на нас проклятие!

— Они не должны жить!

— Руны и кровь!

Они шли на них со всех сторон, образуя круг, все уже стягивающийся вокруг жертвенного стола. Жажда убийства сверкала в прорезях для глаз, раздалось жуткое бормотание, звучавшее как рычание архаического чудовища, которое смертельно ранено и теперь в последний раз жаждет крови.

Тесно прижавшись друг к другу, Квентин, Мэри и сэр Вальтер встретили врага, который подступал со всех сторон, достав кинжалы и ножи, и каждый из троих знал, что им не следует ждать пощады.

Лунное затмение уже прошло. Небосвод начал принимать обычный цвет, а бледный серп спутника земли выступил снова. Гроза ушла дальше, словно она метала молнии лишь с одной целью: показать Малькольму Ратвену границы его смертного существования.

Далеко идущие планы братства рун потерпели крах, но последняя кровь еще не была пролита. Сектанты хотели, чтобы кто-то поплатился за то, что разыгралось у них на глазах.

Инстинктивно Квентин обнял Мэри. Она прильнула к нему, и сэр Вальтер простер над ними руки, как отец, желающий огородить своих детей от опасности. Так бы их постиг печальный конец, если бы в этот миг не раздался цокот копыт приближающихся лошадей.

Снова задрожал круг камней, когда из темноты ночи выскочили храпящие лошади, на которых сидели мужчины с натянутыми на голову капюшонами. Они замахали длинными палками и тут же накинулись на нападавших.

— Монахи из Келсо, — воскликнул сэр Вальтер. — Мы спасены!

Моментально завязалась отчаянная битва между монахами и сектантами, несоизмеримо более яростная, чем та, на улицах Эдинбурга. Рукопашная битва между силами света и тьмы, к которой монахи готовились столетиями, наконец состоялась. Повсюду раздавался шум драки, здесь и там в ночи свистели удары, сопровождаемые криками пострадавших. Факелы потухли, и в розовой полутьме возвращающегося месяца сновали фигуры в широких одеяниях, сошедшиеся в беспощадном поединке.

Сколько их было, фехтующих в сумрачном освещении, было нельзя установить. Наконец монахи из Келсо одержали победу. Большинство сектантов пало жертвой ударов палок отважных братьев ордена; другие обратились в бегство.

Тень выступила из полутьмы и присоединилась к сэру Вальтеру, Квентину и Мэри, которые наблюдали за чудовищным спектаклем, затаив дыхание. Фигура была одета в широкий балахон монаха ордена, и когда он скинул капюшон, Квентин и сэр Вальтер узнали в нем брата Патрика, заместителя аббата Эндрю и его правую руку.

— Вы не пострадали? — поинтересовался он.

— К счастью, нет, — ответил сэр Вальтер. — Но если бы вы и ваши браться не подоспели вовремя….

— Я очень сожалею, что мы пришли так поздно. Но после того как мы узнали, что произошло в Эдинбурге, нам потребовалось некоторое время, чтобы выяснить, в каком кругу камней братство рун решило совершить обряд.

— Тогда вам известно, какая участь постигла аббата Эндрю?

Патрик кивнул.

— Он умер за то, во что верил. Он всегда был убежден, что мы однажды должны будем противостоять злу, и он оказался прав. Теперь же опасность миновала.

Квентин обошел жертвенный стол и склонился над руническим мечом. Странное чувство наполнило его, когда он взял его в руки. С удивлением он рассмотрел драгоценные камни, которые так неожиданно стали видны. Потом он протянул оружие своему дяде, а тот передал его в свою очередь брату Патрику.

— Вот, — сказал он. — Это клинок, из-за которого было принято столько страданий. Возьмите его на хранение и позаботьтесь о том, чтобы он никогда больше не послужил причиной таким бедам.

— Нет, сэр Вальтер! — Монах в отказе поднял руки. — Как я могу взять на себя смелость спрятать это оружие? Другие пытались сделать это, а они были умнее и могущественнее меня, но и они потерпели неудачу. Меч нельзя скрывать. Кажется, будто в него вселилась собственная воля, которая велит все вернуть обратно.

— Тогда уничтожьте его.

— В этом нет нужды. Потому что не меч несет зло, а люди. Когда-то этот клинок стал символом, сэр Вальтер, символом единства и свободы Шотландии, и таковым он должен остаться. Отнесите его обратно в Эдинбург и передайте представителям правительства. Вы знаете, как поступить с ним.

Сэр Вальтер ненадолго задумался и потом кивнул утвердительно.

— Возможно, вы правы. Мы расскажем, что нашли меч в другое время и при других обстоятельствах. С учетом политического резонанса будет несложно найти убедительного свидетеля, который поклянется в истинности этой истории. О том, что произошло здесь, в кругу камней, я не пророню ни слова.

— И это верно, — кивнул брат Патрик. — Братство рун разбито, опасность миновала. После стольких столетий земля наконец обретет мир.

Лит, Эдинбургская гавань Два месяца спустя

В гавани царило оживление. Утреннее солнце показалось на небе, а море было спокойно. В Ферт-оф-Форт постоянно прибывали корабли, в основном торговые суда, везущие товары из Испании, Франции, Западной Африки и из других мест. На пирсах, у которых стояли на якоре парусники, толпились матросы, портовые рабочие и пассажиры. Грузились ящики с товарами и тюки, на борт вкатывали бочки с питьевой водой, привезенные на повозке, запряженной шестеркой лошадей. Здесь готовилась к отправлению трехмачтовая барка, там вернулся бриг королевских морских сил из дозорного плавания.