Снова молчание.

— Ты не звонила семье? Не рассказывала о том, что с нами случилось?

— Нет. Я подумала, что это лучше сделать тебе.

— А ты быстро учишься, — с неожиданной теплотой в голосе произнес он, и сердце Саманты вдруг сжалось от любви и нежности. Он же ее брат, черт побери, — брат, о котором она мечтала всю жизнь! И теперь, едва узнав его, она должна с ним расстаться…

— Скоро увидимся, — коротко сказала она и повесила трубку.

Ник ждал ее в палате — уже одетый, словно готовый в любую минуту сорваться с места, но небритый и с рукой на перевязи. При каждом движении он тяжело морщился, и Саманте подумалось, что, может быть, не стоит ему так рано покидать больницу. Однако на лице Ника отражалась непреклонная решимость. Рядом с ним Саманта увидела незнакомого человека — высокого, тощего, лысеющего, с приятным лицом.

— Это Кэл, мой партнер, — сухо представил его Ник. — Кэл, это… Саманта Кэрролл.

«Так и не сказал „моя сестра“, — поморщившись, словно от боли, отметила Саманта.

— Куда ты теперь? — спросила она.

— Домой.

Снова повисло напряженное молчание. От того тепла, что связывало их вчера вечером, не осталось и следа: Ник снова — и, по-видимому, намеренно — вел себя как вежливый незнакомец.

— Ты будешь поддерживать со мной связь? — спросила Саманта, отчаянно надеясь пробить его броню.

— Зачем?

— Затем, что ты — мой брат!

— Это ничего не значит, — пробормотал он, глядя в сторону.

Сердце Саманты сжалось от глухого отчаяния. Ну почему, почему он ее отталкивает?

— Доброе утро… хотя для вас обоих оно не слишком-то доброе, — послышался знакомый голос. В дверях стоял агент Маклин, а с ним — еще один крепкий парень в пиджаке и при галстуке.

Взгляд агента ФБР скользнул по Нику, затем по Кэ-лу и наконец остановился на Саманте.

— Рад, что застал вас здесь, мисс Кэрролл, — сухо произнес он.

Ни в голосе, ни в глазах — ни намека на то, что произошло между ними вчера ночью. Один ледяной холод. Ник шагнул вперед, загородив Саманту от Маклина.

— Что тебе нужно?

— Вы еще ничего не слышали?

— Чего не слышали? — нахмурился Ник.

— Ваш отец мертв.

Ее отец мертв!

Саманте казалось, что сердце ее обратилось в кусок льда.

Ее отец… Отец, которого она так и не успела узнать… Неужели лишь для того она нашла отца, чтобы тут же его потерять?

Какое счастье, что она успела с ним встретиться, успела взглянуть в лицо человеку, который дал ей жизнь! Но «незаконченное дело», о котором он говорил, так и осталось незаконченным… Саманта тяжело сглотнула: в горле у нее стоял громадный ком, не дающий ни дышать, ни говорить.

Она покосилась на Ника, но тот ни взглядом, ни жестом не выдал своих чувств. Лицо его оставалось бесстрастным, словно маска.

— Ты приехал только для того, чтобы об этом сообщить? — холодно спросил он.

— И еще о том, что мы собираемся провести вскрытие. — Маклин перевел взгляд на Саманту. — Мисс Кэрролл, познакомьтесь с моим партнером Греем Эвансом. Грей, это Саманта Кэрролл. Вчера вечером она была в машине с мистером Мерритом.

Второй агент окинул ее с головы до ног внимательным взглядом, под которым Саманте стало очень неуютно, но в следующий миг он неожиданно тепло и обезоруживающе улыбнулся.

— Жаль, что нам пришлось встретиться по столь печальному поводу, — заметил он. — Соболезную вашей утрате.

Сколько раз Саманта слышала эти слова в полицейских сериалах!

«Наверное, я должна что-то чувствовать», — вяло думала Сэм. Но не ощущала ничего, кроме пустоты и бесконечной усталости. Брат ее отталкивает, а агент Маклин… Неужели он забыл, как целовал ее всего несколько часов назад? Что ж, очевидно, для него этот поцелуй — пустяк, не стоящий внимания. Или просто ловкий прием, призванный «расколоть» свидетельницу…

— Не понимаю, зачем вскрывать тело, — сказала она наконец. — Он ведь был очень болен.

— От рака внезапно не умирают, — объяснил Маклин.

— Следы насилия есть? — поинтересовался Келли. Маклин смерил его презрительным взглядом.

— Привет, Келли. Что, переметнулся?

— Работаю, на кого считаю нужным, — огрызнулся Келли. — Так что же, есть какие-нибудь доказательства, что смерть неестественная?

— Внешних признаков нет, — признал Маклин. — Но очень подозрительно, что он отправился на тот свет в ту самую ночь, когда кто-то попытался прикончить вас обоих. — Он бросил на Ника пронзительный взгляд. — Нам стало известно, что ты звонил ему вчера ночью. Не хочешь рассказать, о чем шел разговор?

— Не хочу, — коротко ответил Ник.

— Почему?

— Потому что это не твое дело! Если, конечно, ты не воображаешь, что я выстрелил в себя сам, а мисс Кэрролл меня покрывает.

— На какие только хитрости не идут мафиози, чтобы обеспечить себе алиби, — усмехнулся Маклин. — Простреленная рука и сгоревшая машина — не слишком высокая плата, например, зато, чтобы предотвратить изменение завещания…

Саманта в недоумении взглянула на Ника. Лицо его оставалось бесстрастным — лишь глаза потемнели, сделались почти черными.