Она по привычке достала ключи. Ее мысли все еще витали далеко, в мире, где она, Тоня, была не скромной продавщицей из магазина французской косметики. И куча бытовых проблем ее не одолевала. Она… На секунду она вдруг задумалась, а чего же она хочет, и сама удивилась, что все ее мечтания сводятся к одному. Теплу в доме. Уюту. Тихому, безмятежному покою. И — любви, не важно, кто ее будет любить, лишь бы… Она вздохнула, считая эту часть своих мечтаний самой невыполнимой. Лишь бы ее и Пашку любили…

Понимали.

Жалели, когда Тоне было плохо. Понимали, что Тоня устала, и просто гладили ее по плечу или ничего бы не делали, пускай… Просто — один взгляд, полный нежности и заботы. Один-единственный взгляд! Неужели она так много хочет?

Она почувствовала легкую боль в груди — ах, как бы было это хорошо, если б выполнимо.

Вздохнув, чуть не вставила ключ в замочную скважину, но вспомнила, что дома Шерри, повертела ключ в руке и позвонила в дверь.

За дверью тут же раздались быстрые шаги — Шерри ждала ее, и Тоня попыталась определить по шагам Шеррино настроение. Как она? Порхает от радости как птичка — и это значит, что невыносимый Бравин объявился, или она печальна, потому что… Тоня вздохнула. Если Бравин появлялся, то он еще лгун и лицемер. Ко всем его неприятным качествам — это просто кошмар какой-то получается, а не предмет страсти! И как Шерри могла его любить?

Но тут же в глубине ее сознания появился вопрос к самой себе — а как ты, Тонечка, могла любить своего драгоценного Алекса, который, если посмотреть, был куда хуже этого Бравина? Как ты могла его любить, жить с ним, тащить на себе помимо своих проблем еще и проблемы всей их семейки, мучить себя и Пашку постоянным общением с этими странными людьми, как ты могла? Тебе ли судить Шерри?

В это время открылась дверь, и Тоня, к счастью, была вынуждена отвлечься от этих правдивых размышлений о самой себе.

Шерри выглядела измученной, и лицо у нее было опухшим, с красными пятнами. «Значит, она плакала, — подумала Тоня. — Она плакала, и — одно из двух: или Бравин позвонил и рассказал ей всю долбаную правду, или он так и не удосужился набрать телефонный номер. Второй вариант мне нравится больше».

Она знала, что правда, горькая правда, неминуемо всплывет, не оставляя Шерри шанса сбежать от нее, но все-таки предпочитала отодвинуть этот момент истины на далекое «потом». Хотя бы — когда Шерри не будет уже воспринимать так остро все связанное с Бравиным.

В глазах подруги мелькнула радость, но Тоне все же показалось, что еще в Шеррином взгляде спряталось разочарование — как будто она все-таки ждала не Тоню…

Бравина.

Ах, Шерри, глупенькая Шерри, покачала она головой и подумала: «До чего хорошо, что я уже никогда не испытаю этого идиотского чувства влюбленности…»

— Привет, — сказала она и улыбнулась.

Шерри улыбнулась ей в ответ, кивнула и только тут увидела Тонину разноцветно-счастливую коробочку.

— Что это? — поинтересовалась она.

— Это?

Она и забыла, что так и несет в руках этот маленький кусочек иной жизни. Детскую мечту, которой никогда не суждено воплотиться. Маленькую, такую маленькую, что даже обидно становится — вот так, Тоня, и мечты у тебя должны быть совсем маленькие…

Крошечные.

— Это…

Она уже хотела сказать, что это ей подарили, но посмотрела на потухшие глаза подруги и пожалела ее быстрее, чем пробудился разум.

— Это тебе, — сказала она, с некоторой поспешностью протягивая коробочку с духами Шерри.

Шерри застыла, не сводя с чудесного подарка глаз, нервно облизнула губы и, подняв наконец-то огромные, изумленные глаза, переспросила:

— Мне?

Тоня кивнула.

— Тебе, — тихо повторила она.

— Но… почему?

Конечно, Тоня могла бы еще соврать, что это ей передал Бравин, или еще какую глупость сморозить, но она вовремя одумалась — уж такого счастья она этому толстому уроду не устроит!

— Просто так, — сказала она, стараясь не смотреть на уходящий в другие руки кусочек волшебства. — Это… бракованные… Там с коробкой что-то было. Списали. Я…

Врать дальше ей не хотелось. Да Шерри и не напрашивалась. Она просто счастливо улыбнулась, обняла Тоню и прошептала:

— Спасибо… Это так… чудесно. Правда, это ведь дорогие духи?

Тоня что-то пробормотала, отчаянно краснея, и подумала: «Тоня, ты просто дура, потому что завтра Шерри выйдет на работу и сама узнает, что никто никаких духов не списывал…»

И плевать, решила Тоня. Может, она внезапно нашла пятисотку. И решила вот так ее потратить… Мало ли что ей пришло в голову.

И что из того, что Шерри узнает?