— Не нужно строить из себя скромницу, Алисия. Тебе это не к лицу.

Алисия съежилась, напряглась, когда Трэвис потянул ее к себе. Ощутив его наготу, она стала яростно отбиваться. Когда-то она охотно бросалась в его пылкие объятия, но сейчас дралась как тигрица.

Не обращая внимания на ее лягающиеся босые ноги, Трэвис без труда завел ей руки за спину и отнес на постель. Уложив Алисию на тюфяк, он быстро улегся рядом и постарался предотвратить ее дальнейшее сопротивление, прижав ее ноги своими.

— Алисия, прекрати. Ты можешь злиться на меня, но не можешь отказаться от всего, что уже было между нами. Ты моя жена, могла бы носить моего ребенка, и я не позволю тебе все это испортить из-за одного спорного момента. Давай объявим перемирие и получим удовольствие от совместно проведенной ночи.

Ни за что! Она не может. Он не должен узнать о ребенке. Ей нужно освободиться. Давившая на нее тяжесть тела Трэвиса вызвала у нее панику, и Алисия снова начала бороться с ним.

Трэвис просто взял ее за запястья и завел руки за голову. Потом он наклонился к ее пересохшим губам. Алисия продолжала сопротивляться, но Трэвис целовал ее в губы, щеки, задержался на чувствительной мочке уха и прикусил ее.

Алисия выгибалась, стараясь сбросить Трэвиса с себя, но он придавливал ее коленом и бедром, и каждое движение все больше прижимало ее к его члену, чего ей хотелось избежать. Он так крепко удерживал ее запястья, что она не могла действовать руками, и ей оставалось выгибаться всем телом в попытке уклониться от его жадных губ. Но это лишь усугубляло ее положение. Как только она выгибалась вверх, Трэвис хватал ртом ее сосок.

Алисия застонала от ярости, когда губы Трэвиса сомкнулись на чувствительном кончике груди, а язык начал дразнить и ласкать его. Сосок болезненно затвердел от этих игр, и в ней начало просыпаться желание, с которым ей тоже приходилось бороться. Это была неравная схватка, и, когда Трэвис отпустил ее руки, чтобы погладить груди и скользнуть рукой меж ее бедер, Алисии оставалось только судорожно стискивать одеяло в попытке не дать воли своим рукам и не сжать его в объятиях.

Она была не в силах предотвратить его приставания, но не хотела сдаваться. Она вцеплялась в одеяло и заставляла себя сохранять неподвижность, в то время как Трэвис целовал и ласкал безответную статую. Не добившись успеха пальцами, Трэвис использовал губы, опуская лицо все ниже к ее лону.

У Алисии перехватило дыхание и обожгло низ живота, когда она поняла, что он собирается делать. Она попыталась увернуться, но Трэвис схватил ее руками за бедра и опустил лицо еще ниже, лаская ее языком.

Алисия никогда не испытывала ничего подобного и тихо всхлипнула, когда горячий влажный рот Трэвиса коснулся самого чувствительного места между ее бедрами, а затем и завладел им. Под его натиском она раздвинула ноги, и ее бедра непроизвольно поднялись навстречу его настойчивому языку. Тут она поняла, что тело предало ее, и слезы потекли из ее глаз. Трэвису пришлось изрядно поработать, чтобы одержать победу.

Он быстро воспользовался ситуацией, чтобы закрепить свой успех. Он приподнялся, наклонился над ней и безжалостно вошел в нее. Когда Алисия почувствовала его движение внутри себя, она вскрикнула, осознав поражение и тщетность своего сопротивления.

Наконец Трэвис задрожал, достигнув пика, и Алисия отчетливо поняла, что если она еще и не беременна, то вскоре это непременно случится. Он наполнил ее своим семенем, но ему этого мало, и он будет снова и снова брать ее. Завтра он может вернуться к другой возлюбленной, но до конца жизни она будет принадлежать ему.

Алисия заплакала.

Трэвис проснулся глубокой ночью от холода и запаниковал, не обнаружив рядом Алисии. Оказалось, что она отодвинулась от него как можно дальше, на самый край тюфяка, и лежала, отвернувшись, чуть ли не на голой земле.

Трэвис не смог завоевать ее так же легко, как прежде, и поэтому разозлился. Обняв Алисию за талию, он почувствовал, что она не спит, но не стал, как раньше, прибегать к уговорам. Он не получил удовольствия, добиваясь от нее ответной реакции, и не собирался пытаться сделать это сейчас. Она его жена, и ему очень хотелось, чтобы она отдавалась со страстью, как раньше. Но он возьмет ее в любом случае.

Алисия прижала ко рту одеяло, чтобы не закричать, когда Трэвис подтянул ее к себе и взял ее грудь. Ей было стыдно от мысли, что сзади в нее упирается его твердое копье, но она не пыталась сопротивляться. Так все быстрее закончится.

Алисия не подозревала, как глубоко он может проникнуть в нее в этом положении, и из ее горла вырвался стон, когда Трэвис вошел в нее и заполнил ее всю. Алисия оказалась совершенно не готова к этому, но вскоре подстроилась под ритм его энергичных толчков, открываясь, чтобы вобрать в себя как можно больше его плоти, и разочарованно вскрикивая при его движении назад. Это длилось до того момента, когда они взлетели на самую вершину, и восхитительная волна освобождения прокатилась по ним, выгнув их тела и вызвав в них конвульсии и трепет.