Бекки отчаянно сопротивлялась, когда Алисия потащила ее в ателье, чтобы купить ей что-нибудь по сезону, но в конце концов уступила, увидев шерстяные и утепленные хлопчатобумажные наряды. Алисии очень приглянулись выставленные в витрине магазина туалеты из красного атласа и желтого шелка, но она справедливо решила, что такие платья не годятся для зимних холодов. Бекки была несказанно рада, когда Алисия пообещала подарить ей красивую цветастую шаль в комплект к костюму, окрашенному в голубые и серые тона.

Бекки была никудышной служанкой, но с бульдожьей хваткой стояла на страже интересов своей хозяйки. Она не испытывала страха, когда им встречались пьяные трапперы, проявлявшие излишнее любопытство индейцы и даже прилично одетые джентльмены. Она бесцеремонно отгоняла их, не стесняясь в выражениях. Алисии даже как-то пришлось резко одернуть ее, когда она пыталась ударить ногой молодого человека, который просто снял шляпу и отвесил в их сторону поклон.

Алисия сдерживала смех, пока они не завернули за угол и не скрылись из глаз пораженного джентльмена. Только тогда она смогла дать волю своему веселью. Все еще негодующая Бекки подозрительно покосилась на нее.

— С чего это вы вдруг развеселились? Мне казалось, что вы не хотите, чтобы вас снова беспокоили какие-нибудь мужчины. А вы потакаете этому только потому, что он вырядился как конфетка?

— Он всего лишь поклонился, Бекки. Проявил вежливость. Не могу же я запретить людям смотреть? Просто не обращай на это внимания. — Алисия попыталась объяснить это Бекки, но, как ни странно, она убедилась, что Трэвис опять оказался прав. Здесь, в Сент-Луисе, мужчины в силу каких-то причин обращали на нее внимание, и ей это нравилось.

Бекки хмыкнула:

— Бьюсь об заклад, вы бы не воротили нос от Трэвиса, если бы он одевался, как они.

Напоминание о Трэвисе прозвучало как пощечина, и Алисия сразу стала серьезной.

— Мистер Трэвис — не джентльмен и никогда не стремился им быть. Вместо того чтобы думать о мужчинах, лучше подумай о нашем положении, о том, как нам с тобой жить в ближайшее время.

Это замечание охладило пыл Бекки. Ей уже доводилось голодать, и она не хотела снова подвергаться этому испытанию. Она считала Алисию ужасно богатой и готова была сделать все, чтобы угодить ей и продолжать жить в приличных условиях, которые предоставила ей судьба в последние месяцы. Она не думала о том, что деньги могут когда-то кончиться. Не приходила ей в голову и мысль о том, что следовало бы пойти работать. Привыкшая идти по пути наименьшего сопротивления, Бекки стала думать о Трэвисе. Алисия же думала о хорошо осведомленной Бесси Клейтон.

Когда Алисия намекнула Бесси о тревожившей ее проблеме, та ответила с беззаботной улыбкой:

— Не беспокойся, деточка, твой отец вернется до того, как у тебя закончатся деньги. Что он подумает, когда приедет и узнает, что его дочери пришлось работать, чтобы платить за комнату и стол? «Как ты посмела, Бесси Клейтон? — скажет он. — Неужели ты не могла позаботиться о моей маленькой девочке?» О, он устроит мне выволочку, это уж точно.

Алисии пришлось привести кучу доводов, чтобы убедить Бесси в том, что ей нужно работать, что она приехала в Сент-Луис с намерением работать, так что Бесси пришлось в конце концов согласиться. Если дочь Честера покинет город из-за того, что не нашла работу, он никогда не простит ей этого.

В знак согласия она неохотно кивнула:

— Да, сейчас не те времена, что прежде. Да благословит Господь душу мистера Клейтона, но мне всегда приходилось работать, правда, я тогда не была такой воспитанной леди, как вы. Посмотрю, может быть, что-то удастся узнать. Говорите, хотите работать учительницей? Учителя, наверное, везде нужны. Но такая молодая и красивая… — Она покачала седеющей головой. — Ладно, посмотрим.

Бесси сдержала слово. Не прошло и недели, как Алисия получила приглашение на собеседование в небольшую школу для молодых леди, поскольку одна из учительниц вышла замуж. Алисии сразу же дали понять, что замужние женщины не могут работать учительницами, но ее заверения в отсутствии у нее жениха и в том, что она не собирается заводить такового в ближайшем будущем, удовлетворили руководившую школой старую деву. Еще больше директрисе понравилось то, что она была дочерью Честера Стэнфорда и настоящей леди. Решающую же роль сыграло отсутствие надзора за дюжиной девяти-десятилетних девочек, так что Алисия была незамедлительно принята на работу.

У Алисии не было опыта общения с пытливым и непоседливым младшим поколением. В этом возрасте у нее бдела гувернантка, и она не играла с другими детьми. В конце своего первого рабочего дня она засомневалась, было ли у нее детство? Во вторник вечером, ей уже казалось, что она не вынесет этой нагрузки. В пятницу, когда ей удалось удачно провести занятия по языку, у нее появилось чувство, что она постепенно осваивается.

В воскресенье вечером в ее дверь постучал Трэвис.

Бесси поспешила в маленькую, отведенную под спальню Алисии комнату. Когда постоялица открыла дверь, она взволнованно прошептала:

— Там джентльмен. По крайней мере мне кажется, что это джентльмен. К вам. Я провела его в гостиную.

Ошеломленная Алисия пыталась вспомнить, кто из мужчин мог ее навестить. Единственный мужчина, с кем она разговаривала в этом городе, был врач, но Бесси знала его, как и всех в этом городе.

— Он не передал визитную карточку? — Может быть, здесь мужчины не пользуются визитными карточками? Похоже, не пользуются.

Бесси замотала головой, разметав седеющие светлые кудри.

— Я побоялась спросить. Он такой большой, — протянула она с нажимом на последнее слово, которое, казалось, должно было все объяснить. — У него свирепый вид, как у индейца, но он не похож на индейца. Если вы понимаете, что я имею в виду.