Шрифт:
– Ленок… У меня в семье все непросто. С женой мы – чужие люди. Чувства иссякли. Но – дети, сын и дочь. Живем из-за них.
Лена слушала и понимала его. Да, так бывает. Чужие люди живут из-за детей.
– Жили, – поправил он себя, придавливая окурок в пепельнице. – Дети тоже не всегда способны спасти брак.
– Ты решил разойтись?
– Я уехал сюда, чтобы все решить. Мы оба страдаем в этом браке, понимаешь? Я так устал… Думал, разойдусь, буду жить один, больше никогда не женюсь.
– Что-то изменилось?
Лена замерла. Зачем он ей все это говорит? Она привыкла считать, что мужчины очень экономны в словах, что они с трудом идут на всякие там признания, избегают возвышенных слов. А тут…
– Встретил тебя. Увидел в поезде, и все… Как выстрел в висок.
Лена не доверяла быстрым выводам. И про выстрел в висок она уже где-то слышала. Или читала. Но ведь он не поэт, он простой человек. Ему простительно говорить банальности. Любая фраза в его устах окрашивалась значительностью.
По вечерам гулять было холодно, и они оставались в санатории. Кирюша тащил их к соседям, играть в карты. И они играли до ночи с пожилой семейной парой. И Лена представляла, как они с Сашей состарятся и приедут в этот санаторий, будут гулять по набережной и вспоминать этот февраль во всех подробностях.
Ну и что ж, что он три раза был женат? Он импульсивен, горяч, привлекателен. Иногда такие мужчины в последнем браке становятся на редкость постоянными. Потому что устают от перемен.
Нет, нет, нет, она не будет думать о браке! Вечно она подстегивает события…
И все же представить невозможно, что это все вдруг кончится, что они не смогут видеться каждый день, обедать вместе и ужинать, играть в карты по вечерам…
Лена старательно выискивала недостатки и не находила их. Она с удивлением обнаружила, что это совершенно ее человек. Они начали общение с мистики и предчувствия вселенской катастрофы, а продолжили загадками психологии и педагогики.
В один из вечеров, когда речь зашла о книгах, Лена поняла, что Александр во многих вопросах ее превосходит. Он следит за книжными новинками, а в ее библиотеку они поступают редко.
С ним интересно было говорить на любую тему, что они и делали целыми днями. А время летело…
Глава 6
Время летело не только у них, на юге, но и у нас, на севере.
Мой муж вернулся из Москвы и вскоре снова улетел в Турцию. Он не заговаривал о своем заводе, но мне казалось, что жизнь наша стала напоминать поединок. Он словно ждал от меня упреков, чтобы упрекнуть в ответ. Коснись я хоть раз этой темы, можно представить, что бы началось… И я молчала.
Я не нарушала запрет на посещение Черновых, но с Ксюшкой все же виделась. У Гориных.
Вот там, у Гориных, и зашел разговор о магазине, в котором теперь работал мой муж.
– Рома так доволен Игорем, – обмолвилась Элла. – У него теперь высвободилось время для обустройства нового магазина.
– Кажется, не только Рома доволен, – вставила Ксюшка.
– Ты о чем? – спросила я.
– Марина, похоже, тоже на седьмом небе. Видела вчера ее в торговом центре. Порхает, как ласточка…
– Не выдумывай лишнего, – оборвала ее Элла. И я в зеркало увидела, как она повела бровями нарочно для Ксюхи.
Меня это молчаливое перемигивание, конечно, задело.
– Может, мне уйти? – обиделась я. – А вы тут посплетничаете?
– Шуток не понимаешь? – подпрыгнула Ксюха.
– А с чего это ты стала так шутить? – не поняла я. – Завидуешь нам?
– Ах, Боже ж ты мой! – подхватилась моя подруга. – Никто не покушается на вашу идиллию! Вы же у нас безупречная пара! Это только мы все вокруг черненькие, а вы у нас – беленькие.
– Да что с тобой? – удивилась я, чувствуя, что мы сейчас с Ксюхой поссоримся, как ссорились в детстве – из-за куклы или нового платья. У кого лучше. Мы, помнится, даже дрались. Расцарапали однажды друг другу щеки.
– Ты такая наивная, что мне заранее за тебя обидно! – вскочила Ксюха, хлопнула дверью и была такова. Я не знала, что сказать.
– Завидует, – пожала плечами Элла. – Видно же, как Игорь любит тебя. А ее брак с Черновым, увы, неудачен. И детей у них нет, а у вас ребенок…