Выражение лица его изменилось, и Алиса с удивлением увидела, что вместо холеного, инфантильного джентльмена перед ней стоит умный, сильный и решительный мужчина, способный на все. Перемена была разительная и пугающая.

— Я Кен Уайли, репортер, когда мне это нужно, — пояснил он. — Во всех остальных случаях я Кен Ричардс. Мы со Слейдом работаем вместе в Денвере.

— Но ведь я мировой судья! А вы намеренно скрыли от меня правду! — Алиса разозлилась еще больше. — Вы заставляли меня думать, что Слейд — бандит и вор, хотя я сердцем чувствовала, что этого не может быть. Это из-за вас я стояла сегодня в толпе, ликовавшей по поводу того, что хладнокровный убийца получил по заслугам! Вы заставили меня поверить, что его и в самом деле вешают! Да как вы только могли?

— Я получил задание поймать Дакоту Кида, — спокойно ответил Слейд, прежде чем Кен успел что-то сказать. — Если Кид будет считать меня мертвым, мы получим больше свободы, выслеживая его.

Эти слова напомнили Алисе о том, зачем она, собственно, сюда пришла, однако не уменьшили ее гнев.

— Что ж, вам не придется ехать за тридевять земель, чтобы его найти, — выпалила она. — Взгляните на это!

И Алиса сунула Слейду записку и мрачно смотрела на него, пока он читал. Она заметила, что выражение его лица изменилось, и удовлетворенно улыбнулась.

— Что это? — поинтересовался Роб, подходя к Слейду и заглядывая ему через плечо.

— И ты тоже! Как ты только посмел! — напустилась на него Алиса, радуясь тому, что нашла новую жертву, на которую можно было излить свой гнев. — Ты же все знал, когда мы с тобой вместе ужинали, и ничего мне не сказал! Ни единого слова!

— Я не мог тебе сказать, Алиса. Я дал Слейду и Кену слово, что никому не расскажу о мнимой казни. Они хотели, чтобы Кид поверил в то, что Слейда повесили.

— Но я тоже думала, что его повесили, — дрогнувшим голосом сказала Алиса.

— Мне очень жаль, но все должно было выглядеть достоверно. Слейда обвинили в убийстве твоего отца. И если бы ты знала правду и о нем, и о том, что в действительности происходило сегодня, ты могла бы во время казни вести себя совершенно по-другому. Тогда кто-то мог бы догадаться, — пояснил Роб, пытаясь убедить Алису в том, что молчание его имело вполне конкретный смысл. Алиса холодно взглянула на Слейда:

— Если ты не виновен в убийстве моего отца, тогда кто его убил? Что случилось в день ограбления банка? Я хочу знать правду!

— Твой отец выбежал из банка, когда мы уже садились на лошадей, собираясь удирать. Я пытался помешать Зику выстрелить, но не успел, — ответил Слейд, вспоминая то злосчастное утро.

— И этот Зик все еще жив и разъезжает повсюду вместе с Кидом, — закончила за него Алиса.

— Не долго ему осталось разъезжать, помяните мое слово, — заявил Роб, чувствуя, как его решимость уничтожить остатки банды Дакоты Кида стала еще сильнее.

Слейд взглянул на зажатую в руке записку, потом на Алису и убийственно серьезным голосом произнес:

— Значит, ты только что нашла это послание в своей комнате?

Алиса кивнула:

— Да. Я обнаружила его, когда вернулась в свою комнату после ужина с Робом.

Разъяренный Роб выхватил записку у Слейда из рук и показал ее Джонсу.

— Этот подонок и в самом деле был сегодня вечером в ее комнате и никто его не видел! Комната Алисы — последняя по коридору. Чтобы добраться до нее, ему нужно было пройти по крайней мере мимо шести комнат, не говоря уж о том, что требовалось подняться по лестнице! Как он мог это проделать? Он был здесь, в городе, у нас под самым носом, а мы и знать ничего не знали! Слава тебе Господи, что Алисы не было в комнате, когда он туда вошел!

— Он бы убил ее, — тихо произнес Слейд, не в силах отвести взгляда от белокурой красавицы, которая, гордо выпрямившись, стояла рядом.

Он понимал, что Алиса все еще на него сердится и имеет на это полное право. То, что жизни ее угрожает опасность, причиняло Слейду острую боль. Вообще-то он в основном вел уединенный образ жизни, но с тех пор, как Алиса ворвалась в его жизнь, словно легкий ветерок жаркой летней ночи, мысли о ней не давали ему покоя.

— Нужно охранять Алису и днем, и ночью, — сказал Слейд. — Пока Кид с Зиком находятся на свободе, ее жизни угрожает опасность.

— Да, верно, — согласился Роб. — Завтра утром Алиса уезжает домой. А когда приедем в Блэк-Спрингс, охранять ее будет легче.

— Кид думает, что меня повесили, меня больше нет. Вот я и буду охранять Алису. Меня он не ожидает увидеть рядом с ней.

Робу не очень понравилось то, что Слейд так охотно вызвался охранять Алису.

— Мне тоже не трудно побыть с ней рядом.

Мужчины мрачно смотрели друг на друга. Каждый понимал, что другой бросает ему вызов.

Алиса стояла между ними. Она и хваталась на них за то, что они скрыли от нее правду, и опасалась, что Кид приведет свою угрозу в исполнение. Ей хотелось задать Робу и Слейду хорошую взбучку за то, что они осмелились обсуждать вопрос о ее безопасности, нисколько не считаясь с ее мнением на этот счет, словно она какая-то безмозглая дурочка.