— Мы в хорошей компании, Ким.

— Ради бога!

— Не беспокойся, я закажу номер с двумя кроватями.

Клерк, не глядя, протянул мне регистрационную книгу, взял деньги и бросил на стойку ключи от номера 20. Я попросил разбудить меня в шесть часов, затем подогнал машину к нашему домику, вытащил из нее два чемодана и занес их внутрь. Хотя бы в чем-то я хотел соблюсти традиции, поэтому, когда Ким вылезла из автомобиля, тут же подхватил ее на руки и торжественно внес в дом. Она испуганно вскрикнула и моментально заледенела в моих руках, пока я не опустил ее на землю.

— Это старая традиция, дорогая. Я ведь раньше никогда не женился.

Очень медленно напряжение исчезло с ее лица, и она мягко улыбнулась. Одной рукой дотронулась до моей щеки, поднялась на цыпочки и прижалась ко мне губами. Это длилось всего секунду, но необыкновенная нежность ее губ так горячила, что никакая влага не могла утолить эту жажду.

— Прости, Морган. Это было так мило с твоей стороны. Я тоже еще никогда не выходила замуж. Спасибо.

— Правительство заставляет нас играть по своим правилам. Надеюсь, они тебе известны?

— Да. Надеюсь, ты будешь им следовать.

— Не слишком доверяйся мне, куколка, — ухмыльнулся я. — И не очень рассчитывай на свое карате.

— Ну вот, ты снова за старое, — засмеялась она. — А как насчет этого?

В руке Ким держала маленький черный пистолет, его дуло было направлено прямо мне в живот. Но она не заметила быстрого движения моей руки, и вот уже большая дырка на конце сорок пятого смотрела ей ровнехонько между глаз.

— А как насчет этого? — спросил я.

— Какое прекрасное начало семейной жизни. Я поняла тебя, Морган; а теперь нельзя ли перейти к делу?

— С удовольствием, радость моя.

Двадцать минут она висела на телефоне, передавая подробности нашей свадьбы и местоположения своим людям. Ей явно дали понять, что дальше она должна действовать по своему усмотрению; затем целых пять минут она ничего не говорила, а только слушала. Закончив, Ким круто развернулась и с нетерпеливым жестом сказала:

— Мы будем действовать как и было запланировано, с одним лишь исключением.

Я почувствовал, как зашевелились волосы у меня на затылке.

— Каким исключением?

— Они считают, что мы должны двигаться быстрее. Они уже пустили слух о нашем прибытии.

— Ох, эти кретины...

Она взмахнула рукой, чтобы я замолчал:

— Они это сделали не через наших людей. Это известие распространится через местные источники. Это всего лишь слух, не более. Нас, по крайней мере, будут ждать, и, тебе не придется одному заниматься всей подготовительной работой.

— А ведь в этом и заключается секрет успеха. Разве они не знали?

— Я уверена, они знают, что ты собираешься сделать.

— Черт бы их побрал, лучше бы они не знали.

— Ты не хочешь посвятить меня в свои приготовления?

— Когда придет время, — отрезал я, снял телефонную трубку и назвал оператору номер в Нью-Йорке. После третьего звонка трубку взяли, и я услышал:

— Джоуи Джолли слушает.

— Это Морган, Джоуи.

— Ага, ты передумал...

Я оборвал его:

— Я еще не сделал выбор, Джоуи. Пусть сначала все успокоится.

— Ну, если ты так считаешь... Чем могу быть полезен?

— Горман Ярд мертв.

— Да, я знаю, — ответил он совершенно безучастно. — Я тут подсуетился и навел справки. Мои источники сообщили, что авария, в которую он попал, произошла не по его вине. Естественно, никто ничего не говорит, но ты же знаешь, как распространяются слухи. Кто-то там, внутри, получил приказ успокоить мистера Ярда и отлично сделал свою работу.

— Этого-то я и боялся, — сказал я.

— На самом деле он не единственный из тех, кто отправился в дальнее путешествие.

У меня заныло внизу живота.

— Продолжай.

— Я только что услышал по радио, что задушенная девушка, чье тело нашли час назад, опознана как Бернис Кейс. Они предположили, что она была девушкой по вызову и убита из-за своего рода занятий. Или же это просто отговорка, Морган?

Моя рука сжала трубку с такой силой, словно пыталась раздавить ее. О боже, они добрались до нее. До прелестной одинокой девушки, которая всего лишь хотела нравиться кому-нибудь. Бедная маленькая проститутка, отдававшая гораздо больше, чем ей платили. И они добрались до нее и убили ее. Я постарался, чтобы мой голос звучал как можно естественнее.