Шрифт:
Мы мчались с сумасшедшей скоростью вдоль набережной, гранитная ограда сливалась в одну сплошную линию, комья грязного снега летели из-под колес...
– Поворачивай, Денис! – взмолилась я, стиснутая в объятиях его вассала. – Ты же обещал...
– Лис, это для твоего же блага, – бросил он, не оборачиваясь. – Ты мне сама потом спасибо скажешь...
– Я тебя ненавижу!
– Лис, милая, я должен тебя спасти...
– Но это произвол, насилие... Это похищение! Уголовное дело – киднепинг.
– Я тебе обещаю, что ни один волос не упадет с твоей головы. Просто ты поживешь несколько дней в моем загородном доме. Помнишь, как тебе было хорошо там, как ты любила гулять в саду?
Я тихонько заплакала от бессильного отчаяния. Я думала о Саше, о том, что с ним будет, когда он вернется и не найдет меня дома. Как он испугается! Нет, он решит, что я сбежала накануне свадьбы. Струсила. Такое бывает иногда с невестами, а что касается женихов, то это вообще распространенный случай...
– Ромочка, а ты как согласился на это? Он много тебе заплатил? – спросила я, умоляюще взглянув на Пенькова. От него жутко несло дешевым табаком и потом. Испугался, голубчик...
– Елизавета Аркадьевна, ну что вы... – пробормотал он. – Никто ничего мне не платил!
– Бесплатно, значит, участвуешь в преступлении?
Нас сильно тряхнуло.
– Отпусти ее, – сквозь зубы угрожающе произнес Денис. – Ну! Убери от нее свои грязные лапы!
– Дэн, она же сейчас попытается сбежать...
– Не сбежит. Она не самоубийца.
Дальше мы ехали молча, но все так же быстро, и я очень надеялась, что Дениса остановит за нарушение скоростного режима милиция. Или он врежется в кого-нибудь... От злости я почти не боялась того, что мы можем попасть в аварию.
Черное загородное шоссе, снег на полях...
Я откинулась назад и закрыла глаза.
Пока еще есть время. До свадьбы осталось два дня. Я смогу сбежать от Дениса. Я вернусь и все объясню Саше. Мы поженимся и будем жить долго, до ста лет, и умрем в один день...
Через час сумасшедшей гонки мы плавно въехали во двор загородного дома Дениса. Двухэтажный добротный дом. «Пусть будет немного похож на замок, – сказал он когда-то архитектору. – Я всегда мечтал жить в замке!»
А я когда-то мечтала жить здесь. С Денисом. И тоже до самой смерти... Но вот я снова здесь, только совершенно этому не рада.
– Лис, будь умницей... Здесь снега по колено. Иди ко мне.
– К тебе не пойду. Пусть Рома меня несет, – зло сказала я.
– Ну Рома так Рома, черт с ним...
Хуже всего было то, что ограда вокруг дома высокая и поверху пущен ток. И еще здесь сигнализация. Я все знала об этом доме, а за последний год-полтора Денис мог обзавестись еще каким-нибудь хитроумным охранным устройством.
Ну и как я отсюда убегу? Побегу по снегу в облегающем платье, в туфельках на каблуках, потом с ловкостью акробатки перемахну двухметровую ограду... Ловкостью акробатки я не отличалась. Вот Оля Арутюнова – она смогла бы, наверное. Потом придется долго бежать по заснеженной дороге до шоссе, ловить попутную машину. Всякий ли остановится, чтобы подбросить до Москвы замерзшую Снегурочку? Меня примут за привидение...
Я представила себе все это и решила, что надо сделать упор на красноречие. Надо уговорить Дениса и Рому, чтобы они меня отпустили. В самом деле, слово обладает большой силой...
– Денис... – прошептала я, стоя на пушистом ковре в большой гостиной. – Ты...
– Лис, голубчик, не трудись. Ты замерзла, наверное... Что ты хочешь? Горячую ванну, коньяк или что-то еще?
– Ничего не хочу, – злорадно ответила я. – Заболею и умру молодой.
Он принес теплый плед, укутал меня, придвинул кресло, где я сидела, ближе к камину, который растопил Пеньков. Как я мечтала когда-то греться у этого камина... Пропади он пропадом!
– Лиза, вы это... – робко прогундосил Пеньков. – Вы не думайте...
– Не Лиза, а Елизавета Аркадьевна, – мрачно перебил его Денис. – Лис, если тебе что-то надо, скажи мне, я попытаюсь удовлетворить все твои пожелания. Ты не голодна, случайно?
Я вдруг вспомнила эпизод из фильма «Кавказская пленница».
– Нет. Отпусти меня. Я хочу домой.
– Это твой дом, Лис.
– Нет, это твой дом... – упрямо сказала я.
Он не стал со мной спорить.
Через некоторое время Денис попросил меня перейти в комнату наверху.
– Там есть все, что тебе может понадобиться. И Пенька, если что, вызывай...
– А ты?
– А я должен уехать на некоторое время.
Так я оказалась в комнате для гостей на втором этаже. Там было очень уютно, и, помнится, когда-то, тысячу лет назад, я любила заходить в эту комнату, стоять у окна в форме эркера, из которого был хорошо виден сад. Вернее, не сад даже, а настоящий лес. Денису продали этот участок с условием, что он не срубит ни одного дерева. Все деревья были помечены и зафиксированы где-то там, в бюрократических анналах. И не дай бог, если одно из них исчезнет со своего места, – тогда без грандиозного штрафа не обойтись.