Джованни уже вставлял ключ, когда дверь вдруг распахнулась, и Тина оказалась в объятиях удивленного Дэна Мерфи.

– Адриана! – испугалась она.

– Ее здесь нет. Какого черта? Тина, кто это?

Тина буквально кожей почувствовала, как потрясен ее дед, с отвращением осознав, что попала в руки своего старика прямо из постели любовника...

– Да, это Джо, – несчастным голосом подтвердила она. – Я обручена с ним. Я его люблю. – И с отчаянной мольбой взглянула в глаза обожаемого деда: – Я люблю его, дедушка!

Дэн Мерфи пожевал губами, сощурился.

– Входите, – кратко приказал он.

– Она устала! – возразил Джованни, глядя ему прямо в глаза.

– Значит, говорить будешь ты, – отрезал дед.

– Хорошо, сэр, – с привычным почтением к старшим согласился Джованни.

– Почему ты вернулся? – неверным голосом спросила Тина, прижимая руку к раскалывающемуся лбу. – Адриана...

– Она в Рокпорте с Лал. Я беспокоился, как ты, приехал и вот уже сколько времени жду не дождусь твоего возвращения!

– Очень сожалею, что вы скучали, сэр, – произнес Джованни так, словно ждал опровержения.

– А я не скучал! Я продавал гараж! – победно ухмыльнулся дед.

– Дедушка! – обрадовалась Тина. Глаза ее на белом как мел лице засияли морской синевой. Вот так удача! Джованни больше не сможет ее шантажировать. Они могут уехать, спрятать от него Адриану... – Скажи, кто? Кто купил? Это точно? А как с рабочими? Им оставят работу?

– Вот, вся ты в этом, думаешь о ком угодно, только не о себе! – проворчал дед, усаживая ее в гостиной в удобное кресло. Тина прикрыла глаза и провела дрожащей рукой по лицу.

– Тебе что, плохо? – забеспокоился Джованни. Она встретилась с ним взглядом. Пролетело несколько долгих секунд.

– Нормально! – И опустила ресницы. Наверно, она видит его в последний раз. По щеке скользнула слеза.

– Не плачь, радость моя! – Дедушка, не спускавший с нее чутких глаз, вдруг улыбнулся и потрепан ее по щеке. – Все будет хорошо! Рабочие останутся на своих местах, и я подписал, запечатал и отправил контракт, вернуть его не по силам даже Гудини \ известный фокусник и иллюзионист \. А какую цену мне дали! Мы теперь богачи! Купим себе домик с садом. – Дед посмотрел на Джованни. – Ты ведь не доставишь нам хлопот с твоей матерью, верно? Она не хочет тебя видеть, и тут ничего не попишешь.

– Я знаю, – просто сказал Джованни.

Тине послышалась перемена в его тоне. Тыльной стороной руки она смахнула слезу. Склонившись над ней, Джованни протянул чистый носовой платок. Она промокнула глаза, озабоченно глядя на жесткую линию его рта, и подавила в себе желание с утешениями броситься к нему в руки, напротив, браво вскинула подбородок. Все! Она освободилась от него. Навсегда.

– Отличная новость, – бодро сказала Тина, выдавливая из себя энтузиазм. Все ее надежды сбылись, почему ж она не скачет от радости? – А кто купил?

Дед нахмурился, припоминая.

– Агент, действующий по поручению какого-то предпринимателя...

– По моему поручению, – спокойно сказал Джованни. – Предприниматель – я.

– Ты?! – Тину как ужалило.

– Я. Гараж мой.

– Джованни! – пробормотал ошеломленно Дэн Мерфи. – Да как же...

– Я объясню, сэр. Тина, ты выглядишь ужасно. Отправляйся в постель. Я хочу поговорить с твоим дедушкой и думаю, у него есть что сказать мне.

– Мне тоже есть что сказать! – вскричала она. Хочет ее отослать! А у нее масса вопросов! К примеру, зачем он купил гараж, утратив одно из орудий шантажа? – Зачем ты это сделал?

– Милая, – взглядом остерег ее Джованни, – мы же обручены. – Не забывай об этом, звучало в подтексте. – Я бизнесмен, моя обязанность – заботиться о семье. Разве это не очевидно? Твой дедушка хотел продать. Я дал ему такую возможность! – Он улыбнулся. – Это и есть моя задача – чтобы все были счастливы.

– Ты сделал это, чтобы купить расположение деда!

– Тина, не надо, – вмешался Дэн, сделавшийся вдруг маленьким, щуплым. – Я думаю, будет лучше, если мы с Джованни поговорим одни. Он прав – ты выглядишь усталой, а завтра – на работу. Я достаточно стар и мудр, чтобы выдержать несколько ударов и дать, если понадобится, сдачи. Иди, отдохни, милая.

Она воинственно глянула на мужчин, но хватило ее ненадолго. В обычных обстоятельствах она бы, конечно, настояла на своем. Сегодня же просто не было сил.

– Только сначала я скажу ему пару слов, – сухо отрезала Тина и уже на лестничной площадке, ненавидя его за то, что обольстил, и себя за то, что проявила слабость, ледяным тоном произнесла: – О том, что было сегодня, забудь. Я тебя презираю! Раз нет выхода, я перетерплю этот фарс. Но если у меня будет хоть какой-то шанс вырваться, я им воспользуюсь! И будь уверен: как только я освобожусь от необходимости терпеть твои пинки и твою грубую животную похоть, я наконец смогу танцевать и веселиться, потому что ты лишил меня всякой радости в жизни!