Как и следовало ожидать, тревога была не напрасной: уже через несколько мгновений с востока послышался рев, и эльфы поняли, что это и есть та западня, о которой говорила Инновиндиль. Воины организованно сплотили свои ряды и направились в тот участок, где могли бы эффективно защищаться.

Крайняя с востока группа из дюжины лесных эльфов первой увидела атаку клана Карук. Огромные полукровки со злобными завываниями и с пугающей скоростью неслись между деревьями.

— Задержим их, — сказал командир группы своим товарищам.

Некоторые из его воинов недоверчиво переглянулись, но на лицах остальных отразилась только твердая решимость. Атака была слишком яростной. Остальным эльфам, перебегавшим от дерева к дереву, грозило полное уничтожение.

Отряд остановился позади древней разбитой и выветрившейся стены из наваленных камней. Эльфы, обменявшись мрачными взглядами, притаились и приготовили луки со стрелами.

Первые огромные орки уже показались вблизи, но эльфы пока удерживались от выстрелов. Вслед за самыми быстрыми преследователями показались еще воины, но и теперь эльфы не дрогнули и не выпустили стрел. Они понимали, что предстоит сражение не за собственные жизни, а ради спасения их соплеменников, которым требовалось время, чтобы организовать оборону.

Авангард орков из клана Карук уже был в пяти шагах от каменной гряды, и только тогда все эльфы, как один, вскочили, прицелились и выпустили залп.

Раздались крики, орки попадали, и снег перед стеной окрасился кровью. Вылетели следующие стрелы, но орков подбегало все больше и больше. А перед ними плясал в воздухе небольшой пылающий шар, и эльфы знали, какую угрозу он представляет. Словно по команде, они пригнулись, укрываясь под рядами камней от огненного снаряда, который, сказать по правде, поразил больше атакующих в первых рядах орков, чем спрятавшихся эльфов, но при этом взрыв нарушил синхронность их обороны.

Крики умирающих сородичей только подстегнули воинов клана Карук. Они не знали страха, и единственным их желанием было желание погибнуть во славу Груумша и Гргуча. Орки в своей ярости не обращали внимания на град стрел и горящие ветки, падавшие на головы после взрыва. Кое-кто даже хватал раненых товарищей и нес перед собой, используя в качестве щита.

Эльфы за стеной отложили луки и обнажили тонкие длинные мечи. Воины в серебристых кольчугах и развевающихся на ветру накидках, не обращая внимания на тлеющую одежду — а некоторые были еще охвачены пламенем, — встретили врагов с отвагой, решимостью и ловкостью.

Но воинов Гргуча было слишком много, и эльфы гибли, их оружие из серебристого стало красным, а пропитанные кровью накидки отяжелели и уже не развевались под порывами ветра.

Гргуч провел своих воинов еще дальше, но он понимал, что находится уже на территории эльфов, где залпы стрел грозили им с каждого холма и крон деревьев, а губительные магические заклинания могли настигнуть совершенно неожиданно. Вскоре он поднял руку с открытой ладонью, подав сигнал к окончанию атаки, а потом жестом указал на юг, отправив вперед тройку огров.

— Заберите их головы! — приказал он оркам и кивнул в сторону защитников каменной стены. — Мы насадим их на колья и поставим на западном берегу реки, чтобы волшебный народец не забывал о своих ошибках.

Но стоило одному из орков отойти в сторону, как раздался крик боли. Гргуч понимающе кивнул. Он знал, что эльфы способны мгновенно перегруппировать свои силы и нанести ответный удар. Возможно, они уже готовы к продолжению сражения.

— К реке! — приказал он.

Гргуч считал, что выполнил свой долг перед кланом Карук и перед тремя эмиссарами, убедившими его покинуть глубокие тоннели Хребта Мира.

Конечно, он не знал о четвертом наблюдателе, не принадлежащем к клану Карук, но сыгравшем в сегодняшнем сражении важную роль. Джек снова принял образ Джекули, обернулся вокруг ветки дерева и с любопытством наблюдал за всем, что происходило вокруг. В ближайшем будущем ему еще предстоял долгий разговор с Хакууном, но он был вполне доволен, что вслед за кланом Карук покинул Подземье.

Он уже почти забыл о возможностях Верхнего Мира и его забавной суете.

Кроме того, он всегда недолюбливал эльфов.

На обратном пути к завоеванным орками землям с лиц Днарка, Туугвика Тука и Унг-тола не сходили свирепые улыбки.

— Мы разбудили ярость Груумша, — сказал Днарк, когда вся троица остановилась на западном берегу Сарбрина, и все оглянулись на Лунный Лес.

Солнце за их спинами спустилось к самому горизонту, и лес выглядел очень необычно, словно ряды деревьев превратились в крепостную стену величественного замка.

— Это напомнит королю Обальду о нашей истинной Цели, — заявил Унг-тол.