– Спасибо, детектив, в этом нет необходимости, – мягко отклонил предложение Грегори, обнимая любимую за талию. В его голосе слышался явный намек на угрозу. – Я и сам в состоянии защитить то, что принадлежит мне.

Лестница была узкой и пыльной, лежащий на ней ковер – протертым до дыр. Пара, спускающаяся по ней, двигалась абсолютно синхронно. Древнейший остановил подругу прежде, чем та успела открыть дверь.

– Там кто-то стоит.

– Мы не знаем, кто это, – мягко предупредила девушка.

– Этот репортер опасен, ma petite. Это не простой газетчик, – хищно ухмыльнулся Грегори.

– Ты прочитал воспоминания детектива, я права? – Карпатка обвила пальцами его широкое запястье.

– Конечно.

– Грегори, у тебя тот самый взгляд.

Брови карпатца взмыли вверх:

– Какой взгляд?

– Словно ты проголодался и видишь перед собой завтрак.

Темный улыбнулся, но глаза остались холодными.

– Будь очень осторожна с этим репортером: так просто мы от него не отделаемся.

– Так давай дадим ему то, чего он хочет, возможно, тогда он оставит нас в покое, – пожала плечами Саванна. Она опасалась того, что Грегори готов пойти на крайние меры: если репортером нельзя было манипулировать, если он представлял собой опасность для их расы, для великого карпатца существовал лишь один выход – уничтожить его. Девушке была ненавистна мысль об очередном бессмысленном кровопролитии; она хотела мирного сосуществования с людьми.

– Попробуем сделать по-твоему, – уступил Древнейший. И почему только он ей уступал? Предложение Саванны было полнейшим вздором.

Карпатка прикоснулась к напрягшимся губам любимого, провела по ним подушечкой пальца, пока губы не расслабились. Она была так молода, что и понятия не имела, как ужасна была жизнь Темного до их встречи. Девушке еще непонятно было его стремление защищать ее от всех ужасов этого мира.

Иллюзионистка загадочно улыбнулась. Грегори познал тайны земли и ветра, круговорота воды, огня и воздуха, свойства пространства. Всем этим великий карпатец мог управлять, но Саванна ускользала от него.

Внезапно молодая карпатка задрожала и прижалась к его груди.

– Дорогой, я думаю, ты должен быть объявлен в розыск. Ты сводишь женщин с ума.

– Лишь одну женщину, – поправил он, глядя на нее с нежностью. Взяв Саванну за руку, он поднес к губам ее пальцы и покрыл их поцелуями. – Давай на этом остановимся, ma petite, пока я не передумал и не превратил этого репортера в камень.

Она не могла дышать.

– Ты ведь этого не сделаешь, правда? – Девушка смотрела на своего спутника с благоговейным страхом, и в ее взгляде читался намек на гордость.

Грегори задумчиво взглянул на возлюбленную.

– Я могу все что угодно. Я считал, что это известно всем.

Саванна вглядывалась в его лицо, стараясь определить, дразнит он ее или нет. Так и не сумев до конца понять это, молодая женщина повернулась и толкнула дверь.

В тот же миг прямо перед ней возник какой-то мужчина, и карпатку ослепила вспышка. От яркого света глаза пронзила острая боль, и Саванна инстинктивно закрыла лицо рукой. Древнейший развернул ее к себе.

– Ты сама на этом настояла. Не говори, что я тебя не предупреждал!– Его смех ослабил резь в глазах, но когда Грегори повернулся к репортеру и фотографу, выглядел он угрожающе.

– Пропустите нас, – мягко предупредил он. Репортер осторожно отступил на шаг назад. Дыхание с шумом вырывалось из его легких.

– Уэйд Картер, независимый репортер. В течение долгого времени я наблюдаю за госпожой Дубрински. Мне бы хотелось взять у вас интервью.

– Сначала вы должны договориться с ее пресс-секретарем, – сказал Темный, держа руку на плече Саванны.

Репортеру пришлось пропустить пару: он не осмелился бросить вызов этому мужчине. Грегори напоминал хищника. Мрачную машину для убийства. Он без колебаний демонстрировал свою истинную сущность. Картер выругался про себя.

– Судя по слухам, вы ее муж. Это правда?

– Не вижу причины отрицать это, – бросил на ходу Древнейший; он закрывал лицо Саванны от любопытного взгляда репортера. Мельком успел взглянуть и на фотографа, который искал удобный ракурс для нового снимка. – Одного снимка вполне достаточно. Если сфотографируете еще раз, я заберу у вас камеру. Силой. И вы ее больше не получите, ясно?

Побледнев, мужчина опустил камеру. В голосе спутника иллюзионистки слышалась явная угроза, и папарацци предпочел с достоинством ретироваться.