Tea закивала головой, словно заводная игрушка, ее дрожащая рука медленно приподнялась и коснулась лица Сабины.

– Благослови тебя Бог, дитя, – шептала она. – Никто, кроме Сабины, не может знать про подземный ход.

Ее рука вдруг безжизненно упала, а на лице появилось выражение сомнения и некоторой подозрительности.

– Ты могла догадаться о тайнике. В большинстве старых замков есть тайники и подземные ходы.

Архиепископ внимательно вслушивался в бормотание старухи.

– Ты сомневаешься, что перед тобой Сабина и Ричард?

– Я знаю только одно доказательство, которое успокоит мне совесть и развеет сомнения.

– Какое же?

– Только я и Сабина можем знать про него. У Ричарда есть родимое пятно… Какой формы и где оно расположено?

Сабина прикрыла глаза, стараясь вспомнить. Где оно… где? Внезапное воспоминание озарило ее:

– Родимое пятно совершенно круглое. Оно находится выше колена на правой ноге.

Слезы полились из глаз Tea.

– Ты моя Сабина! Никакая самозванка не знает об этой родинке!

Взгляд архиепископа буквально вонзился в Tea, но она встретила его мужественно. Она все трясла головой, приговаривая все громче и уверенней:

– Моя Сабина! Моя Сабина!

Архиепископ приказал страже:

– Отведите этого молодого человека и осмотрите его ногу. Затем вернитесь и доложите мне результаты увиденного.

Считанные минуты казались часами, пока Ричард не вернулся в зал заседания. Но Tea, не дожидаясь того, что объявят стражники, уже полностью уверовала в воскрешение своей любимой девочки.

Она вцепилась в руку Сабины. Ее холодные пальцы сплелись с теплыми пальцами молодой девушки.

– Дорогая Tea! Я думала, что тебя нет в живых. Иначе я никогда не оставила бы тебя там, на берегу реки. Мы обязаны тебе жизнью. Ты отвела от нас убийц…

– Я бы поступила так снова, если б возникла надобность. Зная, как ты хорошо плаваешь, я не оставляла надежды, что ты спаслась и когда-нибудь вернешься домой.

Двери открылись. Все взгляды устремились на Ричарда и сопровождающих его стражников.

– Скажите нам – нашли вы что-нибудь на ноге мальчика? – потребовал у них отчета архиепископ.

– Да, нашли, ваше преосвященство! Круглое родимое пятно на том месте, которое указала эта молодая женщина.

Архиепископ, чуть склонив голову, приветствовал Ричарда.

– Ваши притязания подтверждаются доказательствами, милорд граф. Отныне вы именуетесь графом Ричардом Вудбриджем и будете пользоваться привилегиями и достоянием соответственно вашему титулу.

Сабина схватила Ричарда, прижала к себе.

– Дело сделано, брат! О, Ричард! Как наш отец радуется там, на небесах!

Архиепископ прервал радостные излияния Сабины:

– Я прошу всех покинуть зал, за исключением вас, ваша светлость.

Сабина неохотно рассталась с братом.

– Побудь, пожалуйста, с Tea, а я скоро присоединюсь к вам.

Оставшись наедине с архиепископом, она достаточно сурово, без всякой робости обратилась к нему:

– Мне нечего больше доказывать, ваше преосвященство!

– А что мы будем делать с вами, ваша светлость герцогиня?

– Я не подавала вам никаких прошений. Следовательно, мое будущее вас не касается ни в коей мере.

– У вас такой же злой язык, как и у вашего папаши. Мне надо было уловить сходство гораздо раньше.

– Что-то вы не очень спешили… – ехидно заметила Сабина. – Теперь я буду жить в доме брата и намереваюсь просить святейшего папу римского расторгнуть мой брак с Гарретом Блексорном.

– Интересно, что скажет по этому поводу его светлость.

– Мне до этого нет дела! – вскинула голову Сабина.

– Браки так легко не расторгаются. Король не желает вашего развода. Вы должны помнить, как он настаивал на вашей свадьбе и какое деятельное участие принимал в свадебной церемонии. Союз двух ваших семейств в его интересах.

– Если это правда, что я вышла замуж, чтобы доставить удовольствие королю, то я буду добиваться развода с целью доставить удовольствие себе.

Архиепископ весь затрясся от смеха.

– Будь я на месте вашего мужа, герцогиня, никакой папа римский не увел бы вас от меня!