?Мне очень жаль,? сказала она. ?Разве вам никто не говорил?? На ее лице отразилось искреннее беспокойство. ?Они ампутировали ваши руки. Но я могу вас лично уверить, что реконструкция была невозможна.?

Кирк почувствовал головокружение. Ему отчаянно был нужен воздух, но его новые легкие не справлялись с этим. Перед глазами замелькали блестящие звезды. Редиссон тут же подошла к нему и заботливо положила руку на спинку кресла, наклонившись вниз.

?С вами все в порядке, капитан Кирк??

Кирк прижал один из своих перевязанных… он мог придумать только одно слово… обрубков к груди. ?Не могу… дышать…?

Редиссон говорила спокойно, но это был командный голос. ?Доктор, вы нужны в кабинете.?

Мгновение спустя, которое показалось целой жизнью, Кирк услышал знакомый голос. ?Пожалуйста определите характер… а, это снова вы.?

Кирк, к этому времени почти задохнувшийся, бросил взгляд сквозь подступающую темноту в сторону ЭМГ Марк Два.

?Боюсь у него небольшой шок,? сказала капитан.

Глаза Кирка проследили за ЭМГ, который двинулся к облицованной деревянными панелями стене, притронулся к скрытой кнопке, и там появилось то, что казалось было щелью продовольственного репликатора. Но вместо пищи внутри оказался гипоспрей.

?Типично,? пожаловалась голограмма, возвращаясь с гипоспреем. ?Даешь новые легкие, а инструкции по ним кто-нибудь читает? Нет.? Он прикоснулся гипоспреем к шее Кирка. Кирк почувствовал мгновенный холодок трансдермальной инъекции, потом зрение прояснилось. Он вздохнул с облегчением, а ЭМГ неодобрительно покачал головой. ?Полагаю вы пройдете через это не раз за несколько следующих недель. Это состав триокса. Подчеркиваю, триокса.? Он запихнул гипоспрей между боковиной кресла и амортизатором. ?Я оставлю его прямо здесь.?

Кирк наконец обрел голос. ?Как вы можете проецироваться вне изолятора?? спросил он ЭМГ.

?Может быть я не могу,? сказала голограмма, поднимая бровь. ?Возможно я всего лишь галлюцинация вашего истощенного от недостатка кислорода мозга.?

?Достаточно, спасибо,? сказала ему Редиссон. ?Вы можете идти.?

ЭМГ закатил глаза. ?Правильно! Используйте меня, оскорбляйте меня, а потом удаляйте.?

Он распался в потоке голографической статики.

?Отвечу на ваш вопрос,? сказала Кирку Редиссон. ?Весь корабль снабжен голоэмиттерами. Именно поэтому Экстренная Медицинская Голограмма может прийти к нам, когда случается критическое положение. Это кое-что новое, эксперимнт Звездного Флота. И очень полезно.? Она улыбнулась Кирку как и тогда, когда сообщила, что его тело искалечено не навсегда. ?Я покажу вам. Компьютер, девятая конфигурация, пожалуйста.?

Еще раз Кирк потерял ориентацию, когда ему показалось, что кабинет завертелся вокруг него. А потом он очутился на большом открытом внутреннем патио под ярким солнцем на таком синем небе, что это наверняка была Земля. С одной стороны дворика располагался длинный низкий белый дом в обрамлении пальм. На другой стороне стометровый утес, который закрывал захватывающий вид сине-серого океана на расстоянии примерно километра.

Оправившись от внезапного головокружения Кирк глубоко вдохнул, принюхиваясь к соленым брызгам моря, стирая все сенсорные впечатления от заплесневелой библиотеки Гейзенберга. Он услышал пронзительный крик чаек, посмотрел вверх, и увидел несколько кружащихся в небе. Лучи солнца были настолько интенсивны, что над его бровями выступил пот.

?Сама я считаю, что это делает корабль более интересным местом.?

Редиссон положила руки на бедра и пристально посмотрела в небо, глубоко вздохнув.

?Каждую каюту члена экипажа можно настраивать бесконечно.?

Удивленный Кирк увидел, что там где был стол капитана, теперь стоит каменно-керамическая крышка, все еще закрываемая паддом Звездного Флота и терминалом капитана. Зеленое растение все еще было рядом с ним.

?Малибу, Калифорния, 26 апреля 2005 года.? сказала удовлетворенно Редиссон. ?Именно тот день перед подводным землетрясением, которое произвело цунами, уничтожившее все это. Я называю это Камелотом.?

Внезапно Кирка охватило желание вернуться в темную тихую комнату.

?Вы хотели видеть меня?? сказал он устало, прищурившись на солнечный свет.

?Вам некомфортно,? спросила заботливо Редиссон.

?Немного жарко и ярко,? признал Кирк.

?Компьютер, привязка по времени прогресс на двенадцать часов.?

Внезапно солнце стало полосой, скрывшейся за горизонтом, а синее небо резко изменилось на черное и ощетинилось мерцающим звездным полем Земли. Яркая полная Луна взошла на небе, но ее бледный свет был достаточно ярким, чтобы отбрасывать тени. Горящие факелы окружили внутренний дворик, и их красно-золотое пламя трепетало в мягком прибрежном бризе. От окон дома позади них шел теплый жар золотых огней; электричество в старинном стиле, как предположил Кирк.

?Лучше?? спросила Редиссон.

Ночной воздух был прохладен. Кирк уловил аромат чего-то сладкого, возможно разновидность цветущего ночного растения.

?Да,? сказал Кирк. ?Спасибо.?

Редиссон молчала, с ожиданием посматривая на него. Кирк попытался изгнать из головы все мысли о руках. И он сделал это. Он разберется с этим позже, в свое время, своим способом. Редиссон удивила его своей откровенностью, но вторая мысль родила подозрение, что она сделала это преднамеренно, приказав Споку, Маккою и Скотти ничего ему не говорить. Он не мог придумать другую причину, по которой его друзья ничего ему не сказали.