– Не обращайте на него внимания, – сказал Кирк. – Что у вас за предположение?

– У ныряльщиков была фатальная реакция из-за того, что они поглотили токсин, используя при этом регенераторы. Слишком много триокса объединилось с внешним источником сжатого кислорода, что могло породить определенный наркотический эффект. Но вы и Пикард – если ваши истории находятся где-то в области истины – были подвергнуты токсину, когда пытались задержать дыхание. Я бы не удивился, если бы позже вы почувствовали некоторую эйфорию и мысленное замешательство, но именно это вас и спасло. Удачное несчастье.

Кирк уставился на блестящие белые гребни зеленых волн, обрушивающиеся на берег.

– В этом то и проблема, не так ли? – сказал он вникуда.

– Капитан? – окликнул Спок.

– Было ли все это несчастным случаем? Или же это был план Б’ат б’Этел добиться искупления?

– Все, – сказал Маккой. – Теперь я начинаю волноваться.

Кирк поднял взгляд в ярко синее небо Баджора, греясь в лучах его солнца. Он слишком долго был этого лишен. Он сделал признание.

– Боунз, Спок. Я уверен, что существо, которое, как они говорят, я убил – б’ат рейл – думаю оно было последним из своего вида.

– Если это так, – заметил Спок, – тогда такая потеря – трагедия.

– Нет, – ответил Кирк. – Это причина для праздника.

Кирк закрыл глаза и поднял лицо к солнцу.

– Это означает, что дух Б’ат б’Этел не переместится в нового б’ат рейла. Значит он наконец волен отправиться в Небесный Храм.

Кирк не знал, было ли то что он сказал верно, но он хотел, чтобы это было так. Возможно этого было достаточно.

– Изменение пага, капитан? Я не знал об этом догмате баджорской веры.

Кирк услышал скептицизм в словах Спока, и вспомнил кое-что, что сказала ему доктор Роун.

– Разные провинции, разные детали, Спок. Но уроки те же самые. Основные истины.

Маккой по другую руку от Кирка излучал замешательство и раздражение.

– Какие уроки?

Кирк открыл глаза, изучая – наслаждаясь – вихрем деятельности, который они с Пикардом принесли в этот маленький лагерь, в эту маленькую часть Баджора.

– Грехи отцов не всегда переходят на детей, Боунз. Возможно все.

Даже изменить желание Пророков, подумал Кирк.

– Если хочешь рискнуть, и бросить вызов ветру.

Он тихо рассмеялся, когда понял, что все кусочки головоломки наконец сложились в целое.

– Ладно, – сказал Маккой. – Когда вы начинаете таким образом филосовствовать, значит точно пришло время пациенту вернуться в постель.

– Не этому пациенту. Я расскажу об этом, когда мы найдем Пикарда, спустимся к кромке воды, и запалим большой костер.

– И снова поджарим болотные дыни? – неловко спросил Спок.

– Нет. Мы разожжем большой костер, и я расскажу вам историю.

Кирк направился к берегу, к морю. И ко всему, что лежало вдали.

– Позвольте предположить, – сказал Маккой, шагая синхронно. – Это будет длинная история.

– Как обычно, – прокомментировал Спок.

Три друга зашагали вперед вместе; солнце сверкало над их головами, не предвещая заката или конца дня.

– Я думал вам двоим нравятся мои истории, – сказал Кирк.

В его шагах была легкость, которую он не чувствовал уже много лет. Наверху мелькнул шатл с «Энтерпрайза». Платформа большого грузового транспортера замерцала, когда появился еще один понтон для плавучего дока. У Пикарда должно быть время для своей жизни,подумал Кирк. Даже более веселое, чем каникулы со мной. Если такое возможно.

– Скажите только одну вещь, – произнес Маккой. – У этой истории счастливый конец?

Кирк положил руки на плечи своих друзей.

– Я не знаю, – сказал он. – Она еще не закончена.

USS «МОНИТОР», ЗА ПРЕДЕЛАМИ ГАЛАКТИЧЕСКОГО БАРЬЕРА. ЗВЕЗДНАЯ ДАТА 55600.7

На протяжении трех лет его корабль умирал, но теперь, когда до исчезновения остались считанные минуты, капитан Джон Левински не чувствовал ни страха, ни опасения. Только гнев.

– Семь минут до контакта, – выкрикнула из-за своей станции рулевого звездолета класса Дефаент коммандер Терранова.